"Миндичгейт", "конверты", Евросоюз. Что сейчас происходит вокруг НАБУ и САП

"После долгих боев они сейчас действительно стали независимыми", – не без нотки сарказма говорит о НАБУ и САП собеседник РБК-Украина в "Слуге народа".

Он имеет ввиду, что "крышей" антикоррупционных органов всегда считались Соединенные Штаты. Теперь же, с приходом Трампа, такой "крыши" больше нет. А Европа место американцев полностью не заняла – хотя, безусловно, полностью поддерживает антикоррупционеров стратегически.

При этом по украинской и не только традиции, антикоррупционные органы являются и активными политическими игроками, пусть и не всегда целенаправленно, а де-факто.

Так, главные политические события прошлого года были непосредственно связаны с НАБУ и САП. Сначала – самые большие за время большой войны протесты прошлым летом, когда власть попыталась ограничить их полномочия.

А потом случался "Миндичгейт" – опять-таки, самый громкий политический скандал за последние годы. Который в конечном счете привел к свержению уже казавшегося "вечным" главы ОП Андрея Ермака. И хотя президент Владимир Зеленский публично говорит, что на увольнение Ермака у него были собственные причины, без "Миндичгейта" это едва бы случилось. И точно не так скоро.

Ползучее наступление

За последние годы центральная власть предпринимала несколько попыток взять под свой контроль антикоррупционные структуры. Речь, возможно, и не шла о том, чтобы самостоятельно решать, кто тут коррупционер, а кто нет. Но хотя бы знать о том, кого и когда задержат, хотелось.

Особенно показательным было дело Всеволода Князева – уже бывшего главы Верховного суда. Когда ему вручили подозрение, в Офисе президента узнали об этом по факту.

По крайней мере, так говорили собеседники издания в провластных кругах и уже экс-замглавы ОП Андрей Смирнов. И судя по тому, как описывали реакцию Владимира Зеленского на кейс Князева, президент действительно предпочел бы знать об этом заранее.

В 2023 году глава государства предпринял попытку изменить расстановку сил в антикоррупционной вертикали. В августе того года Зеленский предложил приравнять коррупционные кейсы к государственной измене. А как известно, все дела такого рода уходят в СБУ – это их прямая подследственность. Разгоревшийся скандал не дал Офису этого сделать и идея сошла на нет. Но намерения остались.

Самый яркий эпизод противостояния между "антикоррупционерами" и властью произошел в июле 2025 года. Все случилось очень быстро – депутаты, причем с нескрываемым удовольствием, приняли закон о том, что НАБУ и САП отныне подчиняются Офису Генпрокурора. Коммуникацию по этому решению откровенно провалили, не предложив обществу сколько-нибудь убедительную версию случившегося.

Люди, прежде всего молодежь, в ответ вышли на улицы. По большим городам Украины прошли "картонные протесты". На картонках было написано и нарисовано много разного креатива, но суть сводилась к одному – власть настойчиво попросили не вмешиваться в работу НАБУ и САП.

Протесты против ограничения независимости НАБУ и САП (фото: Getty Images)

Хотя и не все из присутствующих могли бы сразу и безошибочно расшифровать обе аббревиатуры, общее настроение они поняли как раз правильно – власть нарушила баланс сдержек и противовесов в системе. И далеко не для того, чтобы лучше бороться с российскими агрессорами.

Реакция народа и Европы сработала, Зеленский ветировал закон, а крайними во многом остались депутаты. Конечно, им это не понравилось – с тех пор в работе парламенте все больше сбоев, в последние недели ситуация дошла до реального кризиса, о чем подробно писало РБК-Украина.

В свою очередь, в НАБУ и САП поняли – кредит доверия у них теперь большой. Но и ответственность увеличилась прямо пропорционально.

"Не было у нас никакой эйфории. Внутри структуры многие поняли, что все только начинается. Люди ведь не выходили толком за нас. Люди вышли, потому что их выбесило, что их пытаются ломать через колено. А теперь за нами будут пристально следить", – рассказывает собеседник, близкий к антикоррупционной сфере.

Будущее "Миндичгейта"

Действительно, следить за НАБУ стали внимательно: и обычные граждане, и власть, и Европа. И не зря – вскоре взорвался "Миндичгейт".

Причем, как рассказывают различные собеседники РБК-Украина, обнародование записей про "двушечку на Москву" было во многом превентивным ударом со стороны антикоррупционеров. Потому что от идеи так или иначе их усмирить – пусть и не настолько в лоб, как летом – во власти не отказались.

Бюро буквально взорвало информационную повестку страны. О том, кто такой Тимур Миндич, проходивший на записях как "Карлсон", заговорили буквально все, даже те, кто не мог толком объяснить, в чем его обвиняют. Конечно, его сразу же связали с Зеленским, на основании давних дружеских и бизнесовых связей.

Детективы тем временем подогревали повестку дальше, обещая новые разоблачения, публиковали "тизеры". Дело Миндича сразу же обросло многочисленными предположениями и манипуляциями.

Оппозиционеры не переставали сыпать фамилиями представителей власти, которые, по их информации, точно задействованы в схеме Миндича. Частично многие оказались правы, например, с экс-министром энергетики и юстиции Германом Галущенко.

Впрочем, он долгое время оставался без подозрения, получив его лишь после того, как решил "проведать семью" в Европе. Сейчас Галущенко сидит в СИЗО, хотя некоторые из фигурантов дела уже вышли под залог.

Еще одно имя, которое не переставали повторять с первого дня "Миндичгейта" – Андрей Ермак, его также активно привязывали к этому делу. Более всего, из общих соображений – если человек контролирует в стране буквально все, то и такую масштабную схему точно не могли бы прокрутить без его ведома. Как минимум.

У Зеленского на пресс-конференциях прямо спрашивали о Ермаке. Этот же вопрос задавали и на встречах с Семеном Кривоносом – директором НАБУ. Оба тактично отмалчивались, но атмосфера вокруг Ермака ощутимо накалялась, страсти кипели и в Раде, и в правительстве.

В конце ноября прошлого года детективы НАБУ добрались и до главы Офиса. Реагируя на сотни вопросов, в Бюро вышли с сухим сообщением: у Андрея Ермака проходят следственные действия, они санкционированы и проводятся в рамках расследования. Какого расследования, в Бюро традиционно не сообщили, но вывод напрашивался – по делу Миндича.

С тех пор, кроме подозрения и ареста Галущенко, в "Миндичгейте" не происходит особых публичных событий. Политическую ответственность топ-фигуранты скандала, безусловно, понесли, власть в целом получила мощный имиджевый удар. С юридической же ответственностью все не так однозначно.

После того как в НАБУ и САП выходили с целыми фильмами про Миндича, нарезки из которых становились мемами в соцсетях, наверняка многие ожидали такого же яркого и скорого судебного процесса. А выяснилось, что впереди долгая и довольно скучная рутина судебного следствия, разбирательств в доказательной базе, обращений к западным коллегам за правовой помощью и прочей бюрократии. И часто такие процессы длятся годами.

Более того – спустя несколько месяцев после старта дела Миндича выглядит, что в роли главного злодея во всей схеме оказывается тот самый Миндич. А он по своему "калибру" едва ли тянет на эту роль, к тому же находится в Израиле, откуда его фактически невозможно достать.

Тимур Миндич в Израиле (скриншот РБК-Украина)

Будут ли по этому делу новые громкие подозрения, в первую очередь, вышеупомянутому Ермаку – вопрос открытый. В НАБУ и САП на эту тему не хотят говорить даже не под запись.

"У них внутри есть разные группы с разными подходами. Кто-то выступает за то, чтобы Ермака "запидозрить" – ведь если его в деле не будет, то и обыск, получается, зря делали, и вообще, вдруг вся эта история была только чтобы его сковырнуть, так будет выглядеть. Кто-то считает, что так делать не надо, потому что это окончательно разбалансирует систему", – излагает свое видение событий авторитетный депутат из "Слуги народа".

Борьба за Европу

После "Миндичгейта" градус страстей вокруг НАБУ и САП несколько снизился, но оба органа все равно регулярно оказываются в центре внимания.

В частности, активно разворачивается сюжет с отношениями НАБУ/САП и Верховной Рады, в который вовлекаются и третьи игроки, в лице европейских партнеров.

Нардепы прямо заявляют, что не будут голосовать за те или иные решения, потому что боятся получить подозрения от Бюро, как их коллеги. После кейса с обвинениями против Юлии Тимошенко каждый второй собеседник в глазах депутатов выглядит как тайный агент НАБУ.

"Я слышал вообще фантастические слухи, где-то гуляла цифра о 178 депутатах под подозрениями. Это просто вымысел. Выдумка тех, кто хочет аргументировать, почему ВР не работает. Сейчас кризис большинства является следствием очень плохого взаимодействия между президентом. И НАБУ здесь выглядит как невестка в известном выражении", – говорит нардеп от партии "Голос" Ярослав Юрчишин в комментарии РБК-Украина.

По словам другого собеседника издания во власти, как и с кейсом Ермака, в отношении парламента в НАБУ есть разные подходы. "Есть те, кто говорят: у нас есть поддержка трибун (общества, - ред.), у нас есть поддержка партнеров, будем сажать всех коррупционеров. А есть те, кто считает, что с "делом Киселя" все-таки было нарушено некое понятийное соглашение", – говорит собеседник.

Он имеет ввиду историю в конце прошлого года, когда НАБУ и САП провели операцию под прикрытием и разоблачили схему с получением депутатами "конвертов" – доплат за голосования и депутатскую работу в целом, одним из фигурантов операции был нардеп от "Слуги народа" Юрий Кисель. И "дело Киселя", как рассказывали РБК-Украина нардепы, стало еще одним поводом для взаимных подозрений и причиной для дестабилизации Рады.

При этом нардепы и их соратники в других органах власти не сидят сложа руки. "Депутаты вместе с директором НАБУ и главой САП буквально наперегонки ездят к нашим европейским друзьями – каждый со своей повесткой. Одни пытаются объяснить, почему они не голосуют за законопроекты по МВФ, другие – говорят о том, что их политизируют и демонизируют", – говорит информированный собеседник издания.

Другой источник РБК-Украина подтверждает эту информацию, но признает, что в соревновании за благосклонность Брюсселя у Рады и власти в целом мало шансов.

"Европа же не может посочувствовать нам в том, что была нарушена "понятийка" с конвертами. Мы не добьемся смены курса Европы по отношению к нам, максимум – они начнут видеть картинку более объемно, что не все действия или предложения антикоррупционеров и им сочувствующих априори правильные. Но в целом это все пока в одни ворота", – говорит он.

Статистика по подозрения нардепам от НАБУ и САП (инфографика: РБК-Украина)

Тем более, власть до сих пор "догоняет" та самая история с наездом на НАБУ и САП прошлым летом, которая действительно скорректировала отношение Брюсселя к Киеву в долгосрочной перспективе. А сами антикоррупционные органы воспользовались этим кейсом, чтобы продавить в список требований к Украине принятие нужных им законопроектов: о независимой экспертизе, отмене "правок Лозового" и т.д. – которые Рада, в свою очередь, голосовать категорически не хочет.

"Не то, чтобы у нас сейчас были какие-то отношения. Мы делаем свое, они делают свое, иногда бывает общение. Но не всегда конструктивное", – говорит собеседник РБК-Украина в президентском окружении.

В качестве примера он приводит недавний публичный призыв НАБУ к введению санкций против экс-регионала Юрия Иванющенко (в Бюро фамилию не называли, но фигурант угадывается безошибочно).

"Тут никто не был бы против, это все можно было бы решить непублично с ОП, СБУ и СНБО. А так теперь сам Иванющенко предупрежден, и это только добавляет негатива восприятию страны. Ясно, что коррупция – это плохо, но излишняя громкость процессов только помогает другой стороне", – продолжает собеседник.

В сухом остатке, ситуация выглядит следующей: интерес к делу Миндича, который поднял НАБУ и САП на качественно новый уровень, падает. Посадок нет, громких судебных процессов и разоблачений тоже – по крайней мере, это угадывается в настроениях людей, у которых даже кейс Тимошенко не вызвал особой реакции.

У общественности, которая еще в июле дала Бюро огромный кредит доверия, могут возникать вопросы. На которые в НАБУ как раз предпочитают отмалчиваться – нередко это тоже неправильная стратегия.

Хотя само существование в Украине органов, которые не встроены в общую вертикаль власти, особенно монолитную в военное время, – безусловный позитив с точки зрения демократии и долгосрочной устойчивости государственного механизма.

Собственно, так историю с "Миндичгейтом" представляли и украинские друзья в Европе: коррупция во время войны – это плохо, даже ужасно. Но если есть возможность о ней не только говорить, но и расследовать – это безусловный позитив.

Вопросы-ответы (FAQ)

– Как смена власти в США повлияла на работу НАБУ и САП?

С приходом Трампа антикоррупционные органы лишились прямой американской "крыши". Европа стратегически поддерживает их независимость, но не занимает место США в полной мере.

– Стал ли "Миндичгейт" реальной причиной отставки Андрея Ермака?

Хотя президент заявляет о собственных причинах увольнения главы ОП, эксперты и собеседники издания уверены: без громкого скандала вокруг Тимура Миндича и обысков у Ермака его уход не случился бы так скоро.

– Почему в Верховной Раде заговорили о "кризисе большинства" из-за антикоррупционеров?

После разоблачения схем с "конвертами" за голосования, депутаты боятся получать подозрения. Это привело к параличу работы: нардепы опасаются каждого второго собеседника, видя в нем агента НАБУ под прикрытием.

– Почему после громких разоблачений по делу Миндича до сих пор нет посадок?

Яркие медийные "тизеры" от НАБУ сменились долгой судебной рутиной и бюрократией. Ситуацию осложняет то, что ключевой фигурант находится в Израиле, а внутри самого Бюро нет единого мнения, стоит ли выдвигать подозрение Ермаку.

– Как НАБУ и САП используют поддержку Евросоюза в спорах с властью?

Антикоррупционеры воспользовались попытками властей ограничить их полномочия, чтобы внести свои требования в список условий ЕС для Украины. Но депутаты голосовать за них не хотят.