Андрей Рева: Мы должны думать не о том, кто на выборах получит очки, а как правильно провести монетизацию субсидий

Андрей Рева: Мы должны думать не о том, кто на выборах получит очки, а как правильно провести монетизацию субсидий
Андрей Рева рассказал о новых правилах назначения жилищных субсидий (Виталий Носач, РБК-Украина)

Кабинет министров изменит формат монетизации жилищных субсидий. Если ранее власти готовились к безналичной выплате льгот населению, то с марта потребители также смогут получить их наличными деньгами. Это решение принято на совещании у президента в начале января, рассказал в интервью РБК-Украина министр социальной политики Андрей Рева. Чиновник признает, что изначально относился к этой идеи скептически, понимая возможные риски, но теперь надеется, что это станет стимулом для субсидиантов экономить энергоресурсы. Решение, после которого правительство будет ежемесячно выплачивать украинцам на руки около 6 млрд гривен, Кабмин может принять уже на этой неделе.

- Кабинет министров в прошлом году дважды менял условия и требования к получателям субсидий. Сколько теперь семей получат субсидии?

- Если цыплят считают по осени, то субсидиантов – по весне. Максимальное количество людей, которые в отопительный сезон получали субсидию, мы определяем в конце апреля. В прошлом году это было 6,9 миллионов семей, на сегодняшний день их более 4 миллионов. Но процесс назначения субсидий еще продолжается. Если сравнивать цифры декабря 2018 года к декабрю 2017 года, они отличаются примерно на один миллион человек.

- Это результат изменения требований к субсидиантам?

- Это результат того, что не все обратились за субсидиями на новый отопительный сезон. Например, у нас было 923 тысячи домохозяйств, которые показывали "нулевые" доходы. И раньше им вопросы не задавали. Но сейчас, когда мы попросили их объяснить, за счет чего они живут, не все решили, что им нужны субсидии.

- Им не задавали вопросы, потому что было условие по умолчанию: если официальный доход – ноль, то управление соцзащиты при оформлении субсидии такому человеку засчитывало в доход несколько прожиточных минимумов.

- Это было раньше. Теперь мы задаем вопрос – почему у вас нет доходов и за счет чего вы живете.

- Кто задает этот вопрос? Как это происходит?

- Человек декларирует доходы. Пишет, что нигде не работает, доходы "нулевые", подтверждает это через Государственную фискальную службу. Если человек живет в городе при "нулевых" доходах, он имеет право на субсидию только в том случае, если он болеет или находится на учете в центре занятости. Если человек живет в сельской местности, ему могут назначить субсидию через комиссию, которая оценит его бытовые условия и доход. Ситуация с трудоустройством в селах не очень благоприятная. Но в городе человек не может не работать, если он хочет.

Есть и вторая часть тех, кто выпал из программы субсидий. У нас на постоянной основе за рубежом работает примерно 3,2 миллиона человек. Они там живут и платят налоги, а сюда переводят деньги. За первое полугодие 2018 года перечислили около 6,5 миллиардов долларов. И это только по официальным каналам.

Деньги, которые сюда поступают – это их доход. Мы не говорим, что они должны платить налог с такого дохода, если он уплачен за границей. Но просим показать этот доход. Почему? Мы ведь с вами работаем, платим налоги, из этих налогов из госбюджета людям платятся субсидии. Те граждане, которые работают за границей, не принимают участие в наполнении нашего бюджета. Но их родители и родственники живут здесь. И субсидию им платим мы с вами, оказывая таким образом преференции тем, кто работает за границей.

- Как вычислить таких людей, кто работает за рубежом, но получает в Украине субсидии? Вы получили доступ к данным Госпогранслужбы?

- Для начала мы потребовали, чтобы те, кто находится за границей – это через систему "Аркан" проверяется – должны декларировать свои доходы. ("Аркан" – межведомственная система для обмена информации, в том числе по вопросам контроля граждан, пересекающих госграницу, - ред.)

- И вы уведомили таких лиц?

- В постановлении от апреля было четко прописано: если человек находится за границей, он должен либо здесь добровольно платить ЕСВ, либо дать документы, что он там работает на законных основаниях и платит налоги.

- Получив такие уведомления, люди решили не обращаться за субсидиями, чтобы не раскрывать свои доходы?

- По разным причинам. В том числе, и по этой, о которой вы сказали.

- С ноября Кабмин повысил цену на газ для населения...

- Он не повысил цену. Есть формула расчета цены. И если бы она действовала в полном объеме, сегодня газ стоил бы около 12 тысяч гривен. Эту стоимость люди не могут платить. И с ноября они платят 60 процентов от формульной цены. Цена выросла по сравнению с той, которая была, но она все еще не является рыночной, исходя из формулы расчета, согласованной с международными финансовыми организациями. Формально это повышение, но фактически это уменьшение ее от номинала.

- В любом случае, это повышение. После того, как это решение было принято, в конце года ажиотаж на субсидии вырос?

- Количество обращений было примерно таким же, как и в прошлом году. Какого-то массового ажиотажа не было. Сейчас мы еще посмотрим по итогу января, поскольку с начала года выросли цены на отопление. В середине февраля мы будем видеть январские цифры. Количество обращений должно вырасти, но все это вписывается в бюджетные параметры, которые заложены на 2019 год.

- Учитывая, что тарифы растут, средняя сумма субсидии меняется?

- Нет, поскольку вместе с увеличением тарифов растут и социальные стандарты. Только об этом меньше говорят. Последнее большое повышение тарифов было в 2016 году, затем два года тарифы никто не трогал. За 2017 год средняя зарплата по стране выросла на 37 процентов, пенсия с октября 2017 года после реформы – на 30 процентов. И эта повышенная пенсия пошла в учет при расчете субсидии только сейчас.

Если на 23 процента повысилась цена на газ, а перед этим пенсия выросла на 30 процентов, то будет ли увеличение количества субсидиантов и самого размера субсидии? По идее, нет. Средняя зарплата за 2018 год, по предварительным данным, выросла на 25 процентов. Когда мы говорили с МВФ, мы показывали эти расчеты: с одной стороны, идет рост тарифов, с другой, растут социальные стандарты.

- Если в дальнейшем будет соблюдена формула и сотрудничество с МВФ продолжится, независимо от каких-то политических моментов, следовательно, тарифы будут расти.

- Вы начали задавать вопрос, на который я не могу ответить. Когда я езжу по Киеву, вижу плакаты: "Якщо ви мене виберете, тариф знизиться у два рази". Только человека начал любить и уважать, смотрю другой замечательный человек обещает: "А я в четыре раза снижу тариф". Не знаю, может, они плату за газ вообще отменят (смеется).

- И все же, если тарифы продолжат расти, как это предусматривает формула, в 2019 году в госбюджете хватит денег на субсидии?

- Все расчеты, которые были произведены по сценарию, когда политика не влияет на процесс, показывают, что в бюджетные параметры мы входим. В 55 млрд гривен, которые предусмотрены в госбюджете, мы спокойно вписываемся.

- У государства остались долги по субсидиям перед облгазами, ТКЭ и другими предприятиями?

- Долгов почти нет. По состоянию на 1 января 2019 года у нас было "минус" 800 миллионов гривен. А когда мы входили в 2018 год, было "минус" 18 миллиардов. Нам удалось закрыть практически всю задолженность, накопленную за четыре года. Чистые начисления субсидий за 2018 год составили 53 миллиардов гривен, плюс вернули 18 миллиардов гривен долга.

- В конце года Кабмин принял постановление, которым завершил все формальности, необходимые для начала монетизации жилищных субсидий для населения в денежной форме. Сколько времени нужно правительству, чтобы эта система заработала?

- Фактически мы расписали модель наших действий на целый год. С 1 января до 1 мая будет тестовый режим. Как это работает? Субсидианту открывается банковский счет, на который приходит фиксированная сумма – субсидия, она списывается со счета, после чего приходит сообщение, что нужно еще столько-то доплатить или наоборот, что возникла экономия. Здесь мы говорим о тех людях, которые обратятся после 1 января за субсидией. Они сразу подают новые заявления и декларации. И мы их сразу переводим на безналичные расчеты. Их может быть несколько сот тысяч.

- Это люди, которые впервые обращаются за субсидией?

- Возможно, они когда-то уже и получали субсидию, но по состоянию на 1 января у них ее не было. Те, кому субсидия уже была назначена с октября по апрель – эти 4 миллиона, о которых я сказал, мы их решили не трогать. Изначально планировалось, что за них субсидии мы до 1 мая платим напрямую предприятиям. После отопительного сезона они должны подать новые заявления, и мы начнем обрабатывать информацию и назначать им субсидию на новый отопительный сезон в безналичной форме. Но в пятницу (11 января, - ред.) прошли небольшие изменения.

- Какие?

- Было совещание у президента Украины при участии премьер-министра, ряда министров, заинтересованных сторон, как "Укрпошта", "Нафтогаз", Пенсионный фонд, общественные организации, представленные объединениями ОСМД. Была почти двухчасовая дискуссия. Было принято политическое решение о том, чтобы тех людей, которым субсидия назначена с октября, перевести на денежные расчеты уже в наличной форме с марта.

- Для чего это делается?

- Это делается для того, чтобы к маю понимать, какой механизм является более эффективным. Безналичный механизм мы отработали и запустили с 1 января, а теперь прорабатываем наличный – в экспериментальном порядке всем выдать деньги и посмотреть, как это будет работать. Нас же критикуют за то, что мы людям деньги не даем. Возможно, мы ошибаемся, когда говорим о безналичной форме расчетов, и действительно люди дисциплинированные и все заплатят.

Потому принято решение параллельно запускать две системы – безналичную, которая предусмотрена постановлением №1176, и сейчас разработать наличную систему расчета для тех, кому субсидия назначена с октября.

- Но ведь это риск, что не все деньги будут потрачены по назначению после того, как люди получат их на руки.

- Это большой риск, я это прекрасно понимаю. Но мы просчитали, что от этого ничего не рухнет.

Андрей Рева: Мы должны думать не о том, кто на выборах получит очки, а как правильно провести монетизацию субсидий

Андрей Рева: "Было принято политическое решение о том, чтобы тех людей, которым субсидия назначена с октября, перевести на денежные расчеты уже в наличной форме с марта". (Виталий Носач, РБК-Украина)

- Какой это может быть объем средств?

- Условно, сегодня у нас 4 миллиона получателей субсидий. Средний размер субсидии составляет 1,5 тысячи гривен (в отопительный период, - ред.). Это шесть миллиардов гривен в месяц. Столько будем выдавать "налички". Какой может быть процент невозврата?

- Допустим, 40-50 процентов.

- Предположим, 50 процентов. За два с половиной месяца при половине невозврата потенциально можем потерять 7,5 миллиардов гривен. Это мы берем возможный риск. Это не те деньги, которые обрушат экономику. Но не стоит забывать, что у нас есть механизм приостановки выплат субсидий людям, если они не рассчитались за услугу. Мы это сразу видим, есть сроки расчета.

- Это предложение инициировал президент или премьер?

- Это предложение от общественных организаций. Мы ведь слышим общественность. Мы находились под давлением, нам говорили, что безналичная система – это неправильная монетизация, а правильно, когда условному Иван Ивановичу дали деньги, и он сам пошел платить.

У меня может быть свое мнение на этот счет. Но это не значит, что я всегда и во всем прав. Когда тебя критикуют, иногда нужно прислушиваться. Критерием истины является практика. Брать на себя ответственность за всю страну я бы не рискнул. Но, когда есть поддержка со стороны президента и премьера, мы можем на это пойти, отработать три месяца по этой схеме и посмотреть, какая из них более эффективная.

Если есть люди, которые честно платят, зачем их переводить на безналичную форму? Им надо сказать: "Хорошо, мы вам платим дальше, но помните, что если начнете вилять, мы вам не поможем". А те, кто не заплатил вовремя и имеет долги, мы подождем, пока они рассчитаются с долгами, и только потом назначим субсидию на отопительный период.

- Это решение совпадает с предвыборной президентской кампанией. И наверняка будут вопросы о том, почему деньги давать на руки решили именно сейчас.

- Мы об этом говорили. Сейчас на все наши действия будут смотреть сквозь призму избирательной кампании. Мы должны думать не о том, кто на выборах получит очки, а о том, как правильно провести монетизацию субсидий. Если мы дадим человеку "живые" деньги и он начнет экономить, а это даст толчок к энергоэффективности, то почему бы это не сделать?

У меня, например, нет сомнений, что если мы в селе людям, которые имеют газовые котлы, дадим "живые" деньги, у нас резко упадет потребление газа. У человека, условно 1500 гривен пенсия, а вы ему даете 2000 гривен на оплату газа. Зная наших людей, которые лишнюю копейку не заплатят, они лучше прикрутят газ и сэкономят эти деньги.

Мы понимаем все риски, но именно поэтому решили за три месяца все отработать и определиться с моделью расчета. До 1 мая и там, и там мы работаем в экспериментальном ключе. По безналичной форме тоже все непросто, нужно отработать этот механизм с предприятиями и с Ощадбанком.

С наличной формой все проще технологически, но есть свои риски. Мы человеку доверили деньги, и тут уже вопрос к гражданам насколько они ответственны. У меня были сомнения, но в ОСМД назвали цифры, что у них оплата за услуги ЖКХ составляет 95 процентов без учета субсидий. И у меня нет аргументов, чтобы объяснить им, почему мы не хотим давать деньги людям на руки.

- Больше года назад в интервью РБК-Украина вы сказали следующую фразу: "Когда пенсия 1452 гривны, а плата за "коммуналку" 1500 гривен, и, мы 1420 гривен будем "живыми" средствами давать пенсионерам, вы же понимаете, что после этого наступит. Не будет никаких гарантий, что эти средства дойдут до конечного потребителя". К тому же вы поясняли, что субсидиантов пока слишком много, чтобы давать деньги на руки. Что изменилось за это время?

- Я готов и сейчас подписаться под каждым словом. На совещании у президента я изложил видение Минсоцполитики и Кабинета министров, защищал постановление №1176 (этим документом регулируется вопрос назначения субсидий в безналичной форме, - ред.). Все аргументы, о которых вы говорите, я изложил. Но, во-первых, есть закон, который предусматривает переход на расчеты с домохозяйствами с января 2019 года (ч. 3 ст. 11 закона "О жилищно-коммунальных услугах, - ред.).

- Это можно делать и в безналичной форме, как вы и планировали.

- Мы так и сделали, после чего нарвались на критику. У меня спросили, почему мы не пошли по пути наличных расчетов. Я ответил, что есть риск, что это навредит стране и экономике. На что услышал в ответ: "Вы считаете, что люди сами не способны распорядиться этими деньгами?". Было сказано так: "Если вам нужна политическая поддержка, она у вас есть".

Мы не ожидаем, что процент неплатежей будет высоким. Среди субсидитантов около 75 процентов – это пенсионеры, а они – самые добросовестные плательщики, последнюю копейку пойдут и отнесут. Покажите мне пенсионера, который не платит за жилищно-коммунальные услуги.

- Премьер поддержал это решение?

- Да. Мы посмотрим через три месяца, как это сработает. Если такой подход себя не оправдает, мы перейдем на другую систему – безналичную. Если оправдает – останемся на этой. Если нужен будет гибридный вариант, оставим две системы расчета.

- Верификация субсидиантов уже завершена? Довольны ее результатами?

- Мы ее провели. С апреля этим занимаемся. Люди подали заявления и декларации. Проведена серьезная оценка доходов. Приняты новые критерии, которые позволили оценить материальное состояние. Нет примеров, когда человек – бедный, а мы у него забрали субсидию. Но много обратных примеров, о которых я говорил. Не хотите объяснять, как вы живете без доходов, тогда зачем вы обращаетесь за субсидией?

- Есть статистика, как субсидианты платят за коммунальные услуги? Сколько составляет процент платежей?

- В среднем субсидианты платят 10 процентов от суммы за коммунальные услуги. Остальные 90 процентов государство им компенсирует в виде субсидии. У них нет задолженности, иначе им бы не назначили субсидию. Это добросовестные люди. Субсидия не насчитывается, если есть долг – два месяца более 340 гривен.

- Те изменения, о которых вы сказали, еще необходимо утвердить постановлением Кабмина?

- Да, мы сейчас отрабатываем постановление Кабинета министров. Думаю, оно будет принято не позже 23 января. Времени, чтобы раскачиваться, нет. К марту мы будем готовы и сможем выплачивать людям субсидии деньгами на руки.

- Когда будут говорить, что это раздача денег перед выборами, кому придется отвечать на такую критику? Правительству или президенту?

- Человек получил субсидию деньгами. Куда он должен деть эти деньги? Он должен заплатить за газ. И еще добавить со своих денег и доплатить свой обязательный платеж – 10 процентов, о котором я говорил. В чем здесь подкуп избирателя? Дали деньги, которые нужно потратить в течение десяти дней.

Что мы от этого имеем? Какой эффект? С точки зрения экономии в будущем у человека возникнет вопрос, как меньше потреблять газа. Мы рассчитываем, что к концу зимы увидим эффект именно в энергоэффективности, в количестве потребленного газа. Это будет ощутимо не в многоэтажных домах, а больше в частных. И по воде мы увидим экономию, и, возможно, по электроэнергии.

- Давайте поговорим о пенсиях. В декабре правительство было вынуждено увеличить дотации Пенсионному фонду почти на 11 миллиардов гривен. Почему возникла такая необходимость?

- Потому что долги по ЕСВ перед Пенсионным фондом сегодня составляют 23 миллиарда гривен.

- За какой период возникли эти долги?

- За последние несколько лет. В 2018 году мы рассчитывали не на все 23 миллиарда, но на деньги, которые нам пришлось добавить в конце года, рассчитывали. В основном это долг предпринимателей, которые работают на общей системе налогообложения, это мелкий и средний бизнес. Из 560 тысяч предпринимателей ЕСВ платило только 130-140 тысяч.

Корни проблемы – в 2011 году, когда шла реформа налоговой службы и создавалось Министерство доходов и сборов. Под него тогда загнали все платежи, поскольку было желание контролировать все денежные потоки. На этом фоне у Пенсионного фонда забрали администрирование ЕСВ. Но даже после ликвидации Миндоходов ЕСВ продолжила администрировать ГФС. Представляете, какой штат нужно иметь, чтобы качественно  обеспечивать администрирование. Поэтому мы предложили передать администрирование ЕСВ Пенсионному фонду, а он будет работать не фискальными методами, а как страховая организация, убеждая предпринимателей платить взносы. У Пенсионного фонда разветвленная структура, они способны охватить всю Украину.

Но это только часть проблемы. Вторая часть – выплата льготных пенсий. Есть люди, которые работают во вредных условиях, они имеют право на досрочный выход на пенсию. И когда человек в 50 лет вышел на пенсию, предприятие, на котором он работал, должно компенсировать Пенсионному фонду эти расходы. Только что делать, если у предприятия на пенсии находится 700 человек, а работает 600 человек. Естественно, растет задолженность.

Как раньше этот вопрос решался? У предприятия с вредными условиями производства была повышенная ставка ЕСВ. В 2016 году наши реформаторы уменьшили ставку на 40 процентов и сделали ее одинаковой для всех. Мы предложили вернуть повышенную ставку – дополнительно 15 процентов по списку профессий №1, по списку №2 (профессии, дающие право на льготный выход на пенсию, - ред.) – плюс 7 процентов. Есть зарегистрированный законопроект.

- Депутаты не поддержали эту инициативу.

- Мы были вынуждены убрать этот пункт из законопроекта, когда принимали пенсионную реформу. Одна из фракций наотрез отказалась поддерживать наше предложение  о повышенной ставке. Но в новом законопроекте о ЕСВ, который мы уже подготовили, попробуем эту инициативу снова провести.

- То, о чем вы говорите, это только одна сторона вопроса. Но ведь в прошлом году выросли пенсии военным и бывшим сотрудникам правоохранительных органов. Причем пересчет пенсий происходил задним числом. Это разве не сказалось на расходах Пенсионного фонда?

- Кассовые разрывы в прошлом году происходили по другим причинам, о которых я сейчас не готов говорить. Это дела минувших дней. Но военные здесь ни при чем. Деньги для них были зарезервированы.

Андрей Рева: Мы должны думать не о том, кто на выборах получит очки, а как правильно провести монетизацию субсидий

Андрей Рева: "Если есть люди, которые честно платят, зачем их переводить на безналичную форму? Им надо сказать: "Хорошо, мы вам платим дальше, но помните, что если начнете вилять, мы вам не поможем". (Виталий Носач, РБК-Украина)

- Вы упомянули о законопроекте о реформе ЕСВ. На каком он сейчас этапе?

- На этапе согласования с бизнесом и работодателями. Нигде в мире люди не хотят платить налоги. По крайне мере, большие налоги. Когда ставится вопрос, чтобы заплатить больше, всегда возникает недовольство. Но на 75 процентов частных предприятий в Украине персонал получал в прошлом году 3723 гривны  - минимальную зарплату. Это не что иное, как уклонение от выплаты "белой" зарплаты. Мало того, такие зарплаты получают руководители предприятий. Мы предлагаем, чтобы руководители платили ЕСВ с двух минимальных зарплат. Им нужно будет доплатить одну тысячу гривен в месяц. Если вы мне скажете, что они убегут в "тень", я не соглашусь.

- Но основные вопросы у бизнеса были не к этой норме, а к регрессивной шкале ставок ЕСВ, которую вы предлагаете.

- Если вы получаете зарплату до 55 тысяч гривен, вы платите ЕСВ по ставке 22 процента. Если вы получили 100 тысяч гривен, вы платите столько же, сколько и тот, у кого зарплата не более 55 тысяч. Если вы получили миллион, то же самое. Разве это не регрессивная шкала, когда чем больше денег вы получаете, тем меньше вы платите? Разве правильно, когда с 4 тысяч платят 22 процента, а с миллиона гривен – меньше одного процента? Мы решили это откорректировать, чтобы тот, у кого очень высокая зарплата, платил, условно говоря, не 0,8 процента, а в общей сложности 10 процентов.

- Согласитесь, что в один момент это затронет крупный "белый" бизнес, который не уходит в "тень" и платит большие зарплаты не в "конвертах", а официально.

- Сколько у нас людей, которые получают более 55 тысяч гривен из 12 миллионов плательщиков ЕСВ? Всего 51 тысяча граждан. Половина из них – правоохранители, прокуроры, судьи, у которых, кстати, пенсия не ограничена, а ЕСВ они платят с ограниченной суммы, это госчиновники. Плюс государственные предприятия.

- Не только об этой категории речь. Есть те же "айтишники", которые получают высокие "белые" зарплаты.

- А у вас есть анализ, сколько у нас "айтишников" работает в компаниях, а сколько по принципу частного предпринимателя, который платит единый налог на третьей группе? Так работает 99% этой категории айтиспециалистов. А один процент работает в фирмах.

- Тогда почему бизнес так против этой инициативы?

- Еще бы! Это теневое лобби. Сразу ломаются схемы. Простой пример. Предприятие в Киеве на 867 работающих. Пятеро человек получают зарплату 1,3 миллион гривен, а 862 человека – 3723 гривны. Введите регрессивную шкалу, и вся схема рушится. Им придется показывать реальную зарплату.

- В законопроекте будут какие-то ключевые изменения, по сравнению с теми нормами, которые вы называли в прошлом году? Возможно, пересмотрите размер ставок?

- Мы сейчас как раз в процессе переговоров с "белым" бизнесом. С "теневиками" мы не ведём переговоры. Мы разговариваем с Европейской бизнес ассоциацией, к нам приходил Томаш Фиала (президент ЕБА, гендиректор ИК Dragon Capital - ред.), мы с ним беседовали. Мы не хотим создавать проблемы "белому" бизнесу. Основная проблема бизнеса в том, что у нас неравные условия между теми, кто платит налоги и теми, кто уклоняется от уплаты. Мы хотим закрыть схемы и сделать так, чтобы работать "по белому" было удобно.

- Вы к этому процессу приобщаете ГФС для обмена информацией?

- У нас есть вся необходимая информация. В Пенсионном фонде идет учет всего, что люди платят с 2004 года. Мы также неплохо поработали в 2018 году по части детенизации доходов. У нас была большая трудовая миграция за границу, а количество плательщиков ЕСВ все равно выросло. Это значит, что люди выходят из "тени" и начинают платить.

Андрей Рева: Мы должны думать не о том, кто на выборах получит очки, а как правильно провести монетизацию субсидий

Андрей Рева: "Основная проблема бизнеса в том, что у нас неравные условия между теми, кто платит налоги и теми, кто уклоняется от уплаты". (Виталий Носач, РБК-Украина)

- Что касается трудовых мигрантов. Они работают за границей и в Украину социальные взносы не платят. Как с этим быть?

- Со многими странами у нас есть соглашения об избежании двойного налогообложения. Часто ловкие дельцы используют эти соглашения, чтобы вообще нигде не платить. Литовские "евробляхи" – это только вершина айсберга проблем. Например, есть фирма в Украине, которая работает легально и имеет лицензию на трудоустройство за границей. Но часто такие фирмы оформляют людей к себе на работу в штат на любую должность, три месяца платят за него ЕСВ, а потом отправляют его в "командировку" в Литву.

Уезжая, человек берет справку в Минсоцполитики о том, что он застрахован (о том, что платит ЕСВ в Украине, - ред.). В Литве предприятие, на которое он прибыл, начинает его оформлять, берет его справку, и у себя они его уже не страхуют. И ему там дают разрешение на работу, которое действует на территории ЕС. После чего здесь в Украине его с фирмы увольняют. Только у него теперь остается разрешение на работу в ЕС. И в Литве ему платится зарплата на 25 процентов меньше, чем местным рабочим, поскольку социальный взнос платить не нужно. Таких случаев очень много.

- Какая ситуация в Польше?

- В Польше работает два миллиона украинцев. Из них миллион легально, из этого миллиона только 400 тысяч платят социальный взнос, а остальные по той же схеме, что и в Литве. Те, кто вообще нелегально работают – это сезонные рабочие.

В прошлом году мы подписали рамочное соглашение с Литвой, чтобы противодействовать этой проблеме. И, надеюсь, в скором времени подпишем с поляками. Польша, конечно, для нас в этом плане приоритетная страна, поскольку там больше всего наших трудовых мигрантов.

- Каким вы видите свое политическое будущее? Вы – человек из команды Владимира Гройсмана. Неофициально уже давно говорят о том, что он планирует строить новый политический проект, с которым, возможно, пойдет на парламентские выборы. Вы с ним говорили о таких планах?

- Честно вам скажу, мы никогда с ним на эти темы не разговариваем. Хотя я понимаю, что многие скептически это воспримут. Когда я читаю в прессе, что он уже создал какую-то партию и утвердил первую пятерку… Поверьте мне, я никогда с ним об этом не говорил.

Ему только 41 год, у него все впереди. Но пока никакой партии нет. Никаких политических движений нет. Если бы он сейчас начал заниматься вопросами политики, ему бы задали вопрос, а что ты делаешь на должности премьер-министра? Нам не задают таких вопросов, потому что Гройсман не занимается тем, о чем вы сейчас спросили. Если бы он сейчас занимался списками, раскрутками политического бренда, то всей нашей работы не было бы.

Говорить о политических перспективах можно только по результатам практической деятельности. Если бы у нас политиков именно так оценивали, у нас была бы совершенно другая политическая картина.

On Top
Продолжая просматривать www.rbc.ua, вы подтверждаете, что ознакомились с Правилами пользования сайтом, и соглашаетесь c Политикой конфиденциальности
Пропустить Соглашаюсь