2027 год под угрозой. Что мешает вступлению Украины в ЕС и чего ждет Брюссель

Подписать договор о вступлении Украины в ЕС уже в 2027 году – такую цель поставила перед собой украинская власть.

Насколько эта цель реальна, как решать проблему с Орбаном и какие еще трудности впереди – читайте в материале РБК-Украина. 

Украина прошла уже большой путь на пути к членству, но главные трудности впереди (источник: инфографика РБК-Украина)

"В 2027 году мы можем подписать договор о членстве в ЕС", – сказал в недавнем интервью РБК-Украина вице-премьер по евроинтеграции Тарас Качка.

Безусловно, этот прогноз весьма оптимистичен, что признают и в самой власти. Одновременно должны сойтись множество факторов: от работающей и исправно принимающей законы Верховной Рады до нужного политического климата в странах-членах ЕС.

Не говоря о том, что подписание договора о членстве в ЕС – это еще не само членство. После него наступит продолжительный и наверняка проблемный процесс ратификации этого договора в каждой из 27 нынешних стран-членов Евросоюза. И только после его завершения Украина наконец-то тоже сможет считаться полноценным членом ЕС.

Евроинтеграция Украины резко ускорилась с началом полномасштабного вторжения. Буквально на пятый день большой войны, 28 февраля 2022 года, когда российские войска подступали к Киеву, украинское руководство во главе с Владимиром Зеленским подало официальную заявку о членстве в Евросоюзе.

Тогда не все на Западе восприняли это с пониманием: мол, выживание самой страны висит на волоске, вражеские войска полуокружили столицу, какой еще Евросоюз?! По крайней мере, тогда евроинтеграция точно не выглядела ключевым приоритетом.

Впрочем, в президентской команде напротив, посчитали, что именно в тот момент открылось уникальное геополитическое окно возможностей.

Расчет быстро оправдался – уже спустя четыре месяца, летом 2022-го Украина получила, во многом авансом, статус кандидата на вступление в ЕС, к чему другие страны обычно идут гораздо дольше. Хотя, конечно, не только геополитика сыграла свою роль – за восемь лет после Революции достоинства Украина уже успела провести массу реформ.

Разговоры о скором членстве в ЕС снова оказались наверху повестки дня с прошлой осени, когда миротворческие усилия Дональда Трампа материализовались в знаменитый 28-пунктный мирный план. И вступление Украины в ЕС значилось там сразу, еще до всех последующих правок.

Сами мирные переговоры в последние недели явно забуксовали. Но скорое членство в Евросоюзе с повестки дня все же не ушло – оно теперь рассматривается как одна из ключевых поствоенных гарантий безопасности для Украины. Причем выгодная и для Белого дома, и для Банковой.

Принятие Украины в ЕС – одна из тех самых "карт", которые Трамп с удовольствием разыграл бы, поскольку от него самого это не потребует каких-то усилий и затрат. Может, кроме нескольких звонков в Будапешт и другие европейские столицы.

Для Зеленского же членство Украины в ЕС – это в том числе крупный политический козырь, с которым можно смело идти на любые выборы. Тем более, если мирное соглашение, если оно когда-либо будет достигнуто, крайне сложно будет "продать" обществу как грандиозную победу.

То ли дело вступление в Евросоюз – исчерпывающая, максимальная реализация на практике евромайдановского лозунга "Украина – это Европа!" Эта победа будет понятна всем и каждому. В отличие, например, от сложной механики евроинтеграции.

Где Украина сейчас на пути в ЕС

Решение об открытии переговоров о вступлении Украины в ЕС было принято в декабре 2023 года. Тогда случилась знаменитая история с премьером Венгрии Виктором Орбаном, которого попросили "пойти попить кофе", чтобы не сорвать требуемый консенсус.

Читайте также: Трюк Шольца. Politico раскрыло, как удалось "продавить" Орбана по Украине

Летом 2024-го переговоры были официально открыты. И на этом формальный прогресс Украины застопорился. Виновником стал тот же Орбан, который больше не поддавался на уговоры куда-то отлучиться и не мешать остальным.

Напротив, по мере приближения парламентских выборов в Венгрии тема борьбы с Украиной и украинской евроинтеграцией превратилась для него в основную идею всей кампании.

Таким образом, Орбан намертво заблокировал следующий этап переговоров – открытие переговорных кластеров, то есть, блоков реформ, которые надо будет провести Украине для вступления в ЕС.

Все необходимые реформы при вступлении в ЕС делятся на шесть кластеров (источник: инфографика РБК-Украина)

Украина вместе с руководством ЕС и дружественных стран-членов стали искать выход и накреативили несколько решений, которые позволяли бы обойти вето Орбана и двигаться дальше. Пусть даже некоторые идеи и выглядели слегка сомнительно с точки зрения европейского права и наталкивались на отпор со стороны не любящей ничего нового евробюрократии.

В этом смысле украинской евроинтеграции навредила история с атакой на НАБУ и САП прошлым летом. Как рассказывали РБК-Украина собеседники в европейских дипломатических кругах, после этого энтузиазма помогать Украине и искать какие-то креативные пути в Европе несколько поубавилось.

Впрочем, в декабре прошлого года путь был найден и одобрен – так называемый "фронтлоудинг". Он предусматривает, что Украина и ЕС будут вести переговоры неофициально – раз уж Орбан пока что заблокировал официальный путь дальше.

Украина уже получила от ЕС все необходимые бенчмарки по всем переговорным кластерам – список критериев, по которым ЕС будет оценивать выполнение Киевом "домашнего задания", то есть, необходимых и обязательных для членства в ЕС реформ.

Замысел следующий: Украина будет выполнять то, что от нее ожидается, не обращая внимания на вето со стороны Венгрии. И когда венгерское препятствие исчезнет, то этап открытия и закрытия переговорных кластеров можно будет пройти чуть ли не за один день – главное, чтобы сама Украина к тому моменту провела все требуемые реформы.

Что делать с Орбаном

Путей для снятия венгерского вето два. Первый, наиболее очевидный – Орбан проигрывает выборы и следующим премьером Венгрии становится его оппонент Петер Мадяр.

Как рассказывали собеседники РБК-Украина в венгерских околополитических кругах, не стоит рассчитывать, что при Мадяре Будапешт мигом станет лучшим европейским другом Киева.

Но одним из приоритетов для Мадяра будет восстановление отношений с Брюсселем – следовательно, он точно не будет изобретать для Украины искусственные препятствия, как это сейчас делает Орбан.

Кроме того, если Мадяр развернет курс, которым сейчас движется Венгрия, это само по себе сыграет Украине на руку. Между Брюсселем и Будапештом годами длится конфликт даже не из-за украинского кейса, а из-за постоянного сворачивания Орбаном демократии и верховенства права у себя в стране.

Неоднократно случалось так, что Евросоюз из-за этого блокировал Венгрии финансирование, а Орбан в ответ брал в заложники какое-то важное решение по Украине. Есть обоснованные надежды, что при Мадяре таких историй уже не будет.

Если же Орбан все же сможет удержаться у власти, ситуация выглядит гораздо более угрожающей. К сожалению, не существует никакого, ни практического, ни теоретического пути, как Украина сможет стать членом ЕС, если Венгрия сохранит в силе свое вето.

Потому надежда на то, что в случае победы Орбан свое вето снимет. Или как минимум позволит сделать несколько следующих формальных шагов, вроде официального открытия переговорных кластеров.

"Завершение выборов поменяет условия работы. Парламентская кампания – это эмоции, реклама, агитация. Любое взаимодействие с Украиной используется для агитации. Закончатся эти выборы – и будет нормальная работа правительств", – сказал в интервью РБК-Украина Тарас Качка.

Кроме того, у Киева и Брюсселя в рукаве есть потенциальный джокер – тот же Дональд Трамп. Если снятие венгерского вето на украинскую евроинтеграцию будет критически важно для мирного урегулирования, то у Трампа наверняка найдутся убедительные аргументы для своего европейского товарища.

Когда будет дата

Главная линия политического давления Украины на Брюссель сейчас – получение конкретной даты членства.

"Для нас чрезвычайно важно получить четкую дату вступления в ЕС. Это – важная часть дипломатического процесса, направленного на завершение войны. Это не просто желание – это четкое понимание того, как будет действовать Путин, если такой даты не будет. Он найдет способ блокировать Украину на десятилетия", – сказал Зеленский в своем обращении к Европарламенту в четвертую годовщину полномасштабного вторжения РФ.

Его слова, безусловно, не лишены логики. Ведь с одной стороны, с окончанием войны изменится и геополитическая ситуация, и особое отношение к Украине – то самое окно возможностей если не закроется, то превратится в форточку.

А Москва, даже если официально не будет возражать против украинского членства в ЕС (кстати, вроде как не возражает и сейчас), вне всяких сомнений приложит массу усилий к тому, чтобы украинскую евроинтеграцию сорвать. С учетом того, насколько хрупким является этот процесс, достаточно заблокировать его на уровне одной страны-члена ЕС, на любом этапе – и все сорвется или как минимум остановится.

Впрочем, у Евросоюза на это есть своя логика. Она состоит в том, что вступление в ЕС – это merit-based process, то есть, процесс, основанный на достижениях.

На практике это означает, что сначала страна-кандидат должна продемонстрировать свои успехи в реформах, выполнить все требования, а Евросоюз это оценит, одобрит – и уже тогда может появиться какая-то конкретная дата. Но никак не наоборот – "подгонять" членство под заранее определенную дату.

Сейчас Зеленский пытается провернуть тот же прием, как и с получением кандидатского статуса в 2022-ом – членство "авансом". То есть, с учетом всех геополитических реалий, войны, мирного процесса и так далее ЕС отходит от своих правил, принимает в свои ряды Украину. А Украина обязуется в кратчайшие сроки выполнить остаток "домашки".

Такой подход даже получил название reverse enlargement, то есть, "обратное расширение", и президент Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен даже прощупывала почву среди стран-членов ЕС на предмет готовности к такому варианту.

Но, как сообщал ряд западных медиа (и что подтверждают и источники РБК-Украина в дипломатических кругах) страны-члены ЕС к такой радикальной смене парадигмы оказались не готовы.

Один из собеседников издания сравнил вступление в ЕС без выполнения необходимых требований с автомобилем без двигателя – вроде бы машина и есть, но на ней никуда не уедешь.

"Схема, которая была возможна с получением вами кандидатского статуса, принципиально невозможна с членством – ничего просто не будет работать. Тем более, если речь идет о присоединении такой огромной страны как Украина. И тот факт, что вы ведете войну, являетесь жертвой агрессии никак не отменяет того факта, что вам необходимо провести необходимые реформы", – говорит собеседник. И в первую очередь они касаются верховенства права.

Актуальная карта стран-членов и кандидатов на вступление в Евросоюз (источник: инфографика РБК-Украина)

Украине предстоит принять огромное количество нормативных актов, причем в условиях полуразложившейся Верховной Рады, которая в последнее время почти перестала выдавать на-гора 226 голосов "за". А также противодействия изнутри системы – ведь вступление в Евросоюз и подготовка к нему предусматривает глубочайшую трансформацию государственного механизма. А это, конечно, многим не нравится.

При этом Тарас Качка в разговоре с РБК-Украина подчеркивает: Украина не требует отказа от принципа "интеграции по заслугам". "Мы не готовы отойти от merit-based process. Это очень важно. Небольшое предубеждение появилось, что это мы требуем отойти от этого", – сказал он.

Вице-премьер верит и в то, что в процессе евроинтеграции Украина сможет получит и желаемую конкретную дату. Хотя признает, что это будет очень сложно, и будет в первую очередь политическим решением европейцев.

А как раз с политическим климатом в Европе у Украины могут быть серьезные проблемы.

"Гибридное" членство

Несколько собеседников РБК-Украина в европейских дипломатических кругах отмечают: даже если Украина будет справляться со своим домашним заданием по реформам, неизбежны серьезные политические препятствия на дальнейшем пути.

Одна из причин – в Украине европейцы банально видят серьезного конкурента в нескольких сферах, в частности, аграрной, транспортной, военно-промышленной.

У отдельных стран ЕС могут быть к Украине свои частные претензии, к примеру, в Польше – касающиеся сложных страниц общего прошлого. Примечательно и то, что ряд собеседников РБК-Украина среди потенциально "проблемных" для Украины стран нызвали как раз Польшу. И то, что сама Польша во время своего вступления в Евросоюз также была вынуждена преодолевать жесткое сопротивление отдельных "старожилов" ЕС, по экономическим соображениям.

Даже если проблемные моменты удастся урегулировать на этапе подписания договора о вступлении в ЕС, выдыхать будет очень рано. Собеседники РБК-Украина предупреждают: реальные сложности могут начаться на этапе ратификации в каждой из 27 стран.

Причем в некоторых из них, например, во Франции, наверняка не обойдется без всенародного референдума. А это – максимально благодатная почва для правых и левых популистов и широкое поле для подрывной работы со стороны РФ. Достаточно вспомнить, как в 2016 году в Нидерландах провалился референдум относительно Соглашения об ассоциации с Украиной.

А членство в ЕС – гораздо более важный, затрагивающий интересы европейцев вопрос, чем Ассоциация. Да и сами популисты всех мастей за последний десяток лет серьезно укрепили позиции по всему Евросоюзу.

Потому в разговорах с европейскими дипломатами постоянно всплывала тема некой "гибридной" или "частичной" интеграции Украины как реалистичного варианта. Тем более, что некоторые другие страны-кандидаты на вступление в ЕС, как Сербия и Албания, открыто декларируют свою готовность к такому формату: например, без права вето в Евросоюзе на определенный период или по отдельным вопросам.

Если такой подход одобрят в отношении, например, Черногории (которая пока является лидером среди всех стран-кандидатов), его наверняка попробуют применить и к Украине.

Пока в Киеве декларируют готовность только к полноценному членству в ЕС. "Вы не можете быть полуактивным или получленом Евросоюза", – говорил Зеленский прошлой осенью. Но какие-то переходные периоды все равно неизбежны – с этим согласны все собеседники издания в украинской власти.

"Если мы говорим о политической сфере, очевидно, можно говорить об определенных моделях, когда Украина в начале будет иметь ограниченное право голоса в определенных вопросах", – сказал в недавнем интервью РБК-Украина замглавы Офиса президента Игорь Жовква.

Впрочем, некоторые европейские собеседники издания считают, что и это будет слишком амбициозной задачей – и Украине на практике пока светит более тесная кооперация с ЕС в отдельных, хоть и важных сферах, вроде присоединения к единому рынку Евросоюза. Но не полноценное членство.

Владимир Зеленский, Руслан Стефанчук, Денис Шмыгаль с заявкой на вступление в ЕС, 28 февраля 2022 года (фото: president.gov.ua)

И тогда уже Киеву придется искать ответ на вопрос, насколько этого будет достаточно. В том числе с политической точки зрения. Ведь "членство в ЕС" – это что-то понятное и электорально привлекательное. А "кластеры", "бенчмарки" и даже "единый рынок" – нет.

За четыре с лишним года большой войны Украина неоднократно демонстрировали настоящие чудеса, добиваясь того, что даже ее лучшие западные друзья считали в принципе невозможным. Но в вопросе членства в Евросоюзе дело не в чуде и не в наличии политической силы воли, а в планомерной и методичной работе. Хотя и без политической удачи тоже не обойтись.

Вопрос-ответ (FAQ)

– Примут ли Украину в ЕС по "ускоренной процедуре"?

Эту идею предлагали в Киеве и Брюсселе, но не нашли понимания среди стран-членов Евросоюза.

– Реально ли подписать договор о вступлении в ЕС в 2027 году?

Киев ориентируется на эту дату, но в ЕС ее считают амбициозной и ставят в зависимость от темпа реформ.

– Какие главные условия выдвигает Брюссель?

Ключевые требования касаются реформ в сфере верховенства права. Но этого может быть недостаточно.

– Что больше всего пугает европейские страны?

Ряд столиц опасаются экономической конкуренции со стороны Украины, в частности в аграрной сфере.