ua ru

Украинец из-под Харькова попал в плен и смог выбраться: "я единственный, кто вырвался"

Украинец из-под Харькова попал в плен и смог выбраться: "я единственный, кто вырвался" Украинцу под Харьков удалось выбраться из плена оккупантов (Коллаж РБК-Украина)

Алексей Семиков из поселка Козачья Лопань под Харьковом. Этот 26-летний парень помогал выжить своим соотечественникам и доставал продукты. Но в одной из поездок ему очень не повезло – он попал в плен к российским солдатам и едва не погиб.

Свою историю Алексей Семиков рассказал для Hromadske. Выжить ему удалось чудом, и он предполагает, что стал единственным, кто смог выбраться из плена.

Козачья Лопань находится в Дергачевском районе, всего в 2 км от границы с Россией и почти в 40 км от Харькова. Поселок попал в оккупацию фактически с первых дней российского вторжения. Исчезла электрика и связь и сообщить о том, что там происходит – стало просто невозможно.

Помогал жителям села чем мог

Сельская администрация переходить под власть оккупантов отказалась и пыталась справляться собственными силами по обеспечению жителей всем необходимым. Местные жители остались без продуктов, и Алексей Семиков помогал доставать молоко, муку. А еще он часто ездил в Харьков за медикаментами и необходимыми вещами.

"Когда в магазинах ничего не осталось, я понял: нужно что-то делать самому. Сначала мне позвонил товарищ из соседнего села. У него на ферме было много молока и предложил его взять для маленьких детей. Бензина не было, и я сел на велосипед и поехал полями, километров 6. Тогда удалось привезти приблизительно 50 л молока", - рассказал Семиков.

Так он ездил несколько дней, но потом начали заканчиваться и другие продукты. И парень начал искать другие варианты. Он смог связаться со своим начальником в Харькове и тот пообещал помочь. Ехать в город снова пришлось на велосипеде.

"Видел, как в соседних селах стояла разбитая российская техника – разваленные БТР, Грады, Уралы, видел разрушенную инфраструктуру, железнодорожные пути, кирпичный завод…", - добавил Семиков.

В Харькове он смог взять макароны, хлеб, попросил пару литров бензина и вернулся домой. В то время российских военных в селе еще не было. Только звуки стрельбы было слышно у границы.

Поездка за лекарствами стала неудачной

В следующий раз в Харьков он поехал на автомобиле. Снова смог загрузить продукты – хлеб, муку, масло, дрожжи – все раздал людям. И таких поездок он успел сделать несколько. Помогал тем, кто хотел эвакуироваться в Харьков.

15 марта он со списком от соседей поехал в город и ему предстояло выполнить важную задачу – забрать лекарства для парня с диабетом и забрать необходимые препараты для других людей.

Но по возвращении из Харькова на развилке у Козачьей Лопани его догнал УАЗ с военными. Его повалили на землю, завязали глаза и связали руки. Военные РФ назвали его имя, сказали, что он живет с мамой, собаками, указали адрес.

"Будешь рассказывать, как ты ездишь в Харьков, если туда никого не пускают и не выпускают", - сказали парню и забрали у него телефон, деньги, документы, ключи от машины. И вывезли его в неизвестное место. По фасаду, который удалось рассмотреть, это было здание вокзала.

Его завели внутрь и бросили на пол. Рядом лежал мужчина в военной форме. Его били и спрашивали, где он взял военную форму. Тот отвечал, что у соседа обменял на бутылку водки. Но версия о соседе оккупантов не устраивала.

Далее они начали допрашивать Семикова. О том, что он часто ездит в Харьков – они уже знали. Он объяснил, что привозил продукты и лекарства. Но оккупанты решили, что парень – агент, так как из села в город больше никто не ездит, а в Харьков никого не впускают и не выпускают.

Парень объяснял, что вез лекарства для больного ребенка и он может умереть, на что получил ответ: "не думай о парне – думай, как самому выжить".

"Они стали меня бить метлой, палкой и расспрашивать о ситуации в Харькове. Я объяснял, что по городу ходят люди, работают магазины, аптеки, гуляют дети, коммунальщики убирают. После этого они избивали еще сильнее и кричали. Ты пи**шь, это все неправда! У нас есть совсем другая информация! Там люди боятся из подвалов выходить! Там никого нет! Спрашивали также, что с военной техникой, блокпостами. Я отвечал, что видел только полицейских, а на блокпостах военные без техники. Все это время они не перестали бить меня и мужчину в военной форме", - рассказал Семиков.

Каждые несколько часов приходила новая смена и допросы с избиением повторялись. Потом зашел какой-то мужчина в подвал, привязал парня к батарее и начал бить со всей силы.

"Ты скакал на Майдане, ты точно казачок!" Я отвечал, что это не так. "Что ты делал 8 лет назад?" Был у себя дома в селе. А где я должен был быть 8 лет назад? "Ты должен был защищать ЛНР и ДНР!" После этих слов он так сильно ударил меня по рукам, что скотч, которым я был привязан к батарее, разорвался. Пришли люди, которые меня привязали назад. А тот стал избивать мужчину в военной форме. Удары были так сильны, что он сходил под себя. "Смотри, этот уже обосрался, а ты так и не подаешь знака. Ты точно нацик, ты точно из Азова!" Дошло до того, что я перестал чувствовать боль. Нас отвязали и бросили на пол".

Били почти постоянно

Следующая смена их снова начала бить. Воды не давали. А потом были какие-то взрывы и в подвал сбежались военные РФ. Сказали, что их обстреливают ВСУ. Угрожали, что выведут их и привяжут к дереву – пусть обстреливают. Семиков сказал, чтоб выводили. Но оккупанты отказались.

"Тогда я понял, что вряд ли меня будут убивать. Ибо в определенный момент все же были мысли, что лучше бы меня убили, чем терпеть эти издевательства. Я слышал, как военные разговаривали. Говорили, что "не нужно было разрешать гражданским ходить по центру поселка", мол, "там точно были наводчики, они слили всю нашу технику. А теперь нужно срочно ехать и всех паковать". После этого они выбежали и уже впоследствии начали привозить гражданских. Также с завязанными глазами и руками. Их бросали на пол и избивали. Нас пока не трогали"

Подвал наполнялся людьми

Оккупанты начали свозить людей со всех окрестных сел, фермеров. Их били, в том числе и детей. Потом всех вывели на улицу и заставили встать на колени. По очереди вызывали на разговор. Стояли так по несколько часов на снегу. Из подвала доносились крики и стоны людей.

А потом всех внезапно завели назад в подвал. И пришла новая смена оккупантов. У людей забрали документы, телефоны и постоянно били, обвиняли в том, что они снимали обстрелы.

Алексея решили отпустить домой

А утром 18 марта Алексея подняли и снова повели на разговор. И сообщили, что в его рассказы о Харькове не верят, но решили отпустить, а то "мама волнуется". И даже пообещали вернуть автомобиль.

"Машину мы тебе отдадим, но, если ты куда-то поедешь, мы тебя найдем и расстреляем. А если не поймаем, то признаем врагом народа и скажем, что ты наводчик, сдаешь позиции и из-за тебя страдают мирные люди, что ты всех АТОвцев, которых мы найдем, сдаешь. Я убеждал, что никуда не поеду".

Перед тем как отпустить российские военные заставили Семикова убрать территорию и колоть лед. Он упал в обморок. А когда очнулся, рядом сидел мужчина с нашатырным спиртом. Он принес ему чай и суп. Но оккупанты требовали, чтобы он колол лед.

Потом в шеренгу собрали 9 человек. Шестеро были в подвале, а трое сами пришли к врагу и предложили помощь. Шестерых решили отпустить. Все были очень побитые. Ии предложили приходить завтра и помогать – колоть дрова, на кухне работать и обещали за это давать еду.

8 человек ответили согласием, Семиков сказал, что из-за избиений ему придется неделю отлежаться. Но вечером машину ему не отдали, мол, комендантский час.

Уезжал партизанскими тропами

Пешком Алексей вернулся домой. Утром проснулся в жутком состоянии, нашел лекарства, чтобы встать и пошел забирать автомобиль. После разговора машину ему вернули. Лекарств там не было, только часть продуктов. Местные жители спрашивали его, где он пропадал. Некоторые предположили, что он теперь организует партизанский отряд.

20 марта Алексей Семиков решил выехать. Он знает местность, так как там вырос и начал искать обходные пути, чтобы снова не попасть к оккупантам. По дороге встретил ВСУ, они отпоили его чаем и показали "зеленый коридор". Сейчас он в безопасности, проходит лечение и помогает другим людям.

Связи с Козачьей Лопанью нет. Все выезды заблокированы. "Я знаю, что сотни людей пострадали. А я – едва ли не единственный, кто оттуда вырвался".