Понижая градус. Как Европа отказывается от угля, нефти и газа и чего ждать Украине
Борьба с глобальным потеплением в Европе выходит за рамки деклараций. О том, как Евросоюз будет перестраивать свою экономику в рамках "зеленого" курса, кто выступает против и почему в выигрыше может оказаться Россия – в материале РБК-Украина.
В Украине вопросы борьбы с изменениями климата никогда и близко не входили в круг самых обсуждаемых, уступая темам зарплат, пенсий, цен, коррупции, войны с Россией и т.д. В этом плане украинская повестка дня радикально отличается от общеевропейской.
В Евросоюзе вопросы климата уже давно вышли за рамки полумаргинальных уличных акций и официозных "паркетных" мероприятий. Борьба с изменениями климата, согласно европейскому Green Deal ("Зеленому курсу"), стала не просто одной из многих сфер государственной политики, вроде энергетики или финансов. Она уже в ближайшие десятилетия может полностью переформатировать экономическую, политическую и общественную ситуацию в ЕС, повлиять на мировую торговлю и ежедневную жизнь европейцев.
14 июля Еврокомиссия представила свой план достижения заявленной в Green Deal цели – снизить выбросы парниковых газов на 55% по сравнению с 1990 годом. Это более амбициозная задача по сравнению с ранее установленной целью – добиться снижения на 40%, которую в Брюсселе посчитали недостаточной. А к 2050 году ЕС и вовсе должен стать "климатически нейтральным" – то есть не производить больше парниковых газов, чем может поглотить природа.
Все это должно работать на достижение более глобальной цели, закрепленной в Парижском соглашении 2015 года, подписанном почти всеми странами мира – удержать рост средней температуры на планете в пределах двух градусов по Цельсию по сравнению с доиндустриальной эпохой (концом XIX века). По доминирующей точке зрения, если температура на Земле вырастет больше чем на два градуса, многие экологические последствия станут необратимыми.
Согласно докладу 2018 года Межправительственной группы экспертов по изменению климата, общий ущерб от глобального потепления к 2100 году может составить 69 триллионов долларов – в три с лишним раза больше текущего годового ВВП США.
Зеленые угрозы
На данный момент Евросоюз прошел меньше половины пути к заявленной цели – выбросы парниковых газов сократились на 24% по сравнению с 1990-ым. Согласно моделированию Еврокомиссии, при нынешних темпах экологической трансформации к 2030 году они сократятся на 47% – существенно меньше требуемых 55%.
Преодолевая сопротивление отдельных национальных правительств, правых политических групп и ряда отраслей, Евросоюз постепенно продвигается к тому, чтобы сделать климатическую политику юридически обязательной. В июне вступил в силу Европейский климатический закон, официально закрепляющий цель в 55% снижения выбросов к 2030 году.
Представленные в июле предложения Еврокомиссии еще предстоит согласовать со всеми 27 странами-членами ЕС и провести их через Европарламент.
Среди ключевых идей: к 2025 году наполовину сократить выбросы от автомобилей, с 2035 – запретить производство машин на бензиновых и дизельных двигателях; модернизировать 35 миллионов зданий (установка солнечных панелей, повышение энергоэффективности, отопление "зеленым" электричеством и т.д.); отмена любых льгот на добычу ископаемого топлива и т.д.
Безусловно, самой масштабной перестройке подвергнется сфера энергетики, дающей более 75% всех выбросов парниковых газов в ЕС – доля возобновляемых источников энергетики к 2030 году должна достичь 40% (сейчас лишь 13,9%).
Очевидно, согласование этих инициатив будет происходить очень непросто. Уже в день презентации плана его жестко раскритиковали власти Венгрии. Другие восточноевропейские государства, в частности Польша и Болгария, также весьма скептичны к предлагаемой климатической стратегии.
"Инструменты, выбранные Европейской комиссией, несостоятельны и неприемлемы, поскольку они приведут к налогам на недвижимость и автомобили вместо того, чтобы заставлять платить тех, кто загрязняет (окружающую среду, – ред.)", – цитирует Bloomberg Гергея Гульяша, главу офиса премьера Венгрии.
В постсоветских странах Восточной Европы жизнь целых городов до сих пор бывает завязана на одном градообразующем промышленном предприятии, к тому же нередко как раз очень "грязном" или энергозависимом. Если такое предприятие не переживет "зеленую" трансформацию, неизбежно наступит локальный социально-экономический коллапс (по примеру того, который в 1990-е повсеместно наблюдался в Украине).
Как заявил в комментарии Euractiv генеральный секретарь федерации профсоюзов IndustriAll Люк Триангл, европейский Green Deal в целом заденет 11 миллионов работающих в добывающей и автомобильной индустриях, а также на энергозатратных предприятиях.
Хотя речь и не идет о том, что все эти люди обязательно лишатся работы, "зеленая" трансформация может привести к дальнейшей миграции жителей Восточной Европы. При том что за последние 20 лет около 22 миллионов восточноевропейцев уже выехали на заработки в Западную и Северную Европу.
"Раскол внутри Европы уже такой, что если Green Deal пренебрежет социальным аспектом, существует серьезный риск того, что ЕС распадется до того, как он будет декарбонизирован", – резюмировал Триангл.
Фактически исчезнет как таковая угольная промышленность, в которой заняты более 200 тысяч жителей ЕС. Уже к 2030 году две третьих рабочих мест в отрасли могут быть сокращены.
Как отмечается в масштабном исследовании Green Deal от Европейского центра международной политической экономии (ECIPE), "зеленый" переход будет иметь "серьезное влияние" в частности на Польшу, Германию, Болгарию и Чехию.
"Болгария и Польша имеют самый высокий уровень выбросов CO2 в пересчете на один евро продукции – почти в три раза превышающий средний показатель по ЕС, что позволяет предположить, что "зеленый" переход повлияет на всю конкурентоспособность их промышленности", – отмечают исследователи.
Высшие должностные лица Еврокомиссии признают, что реализация Green Deal на практике будет непростой, тем не менее, обещают "ни про кого не забыть". Более того, за счет создания новых рабочих мест в альтернативной энергетике, производстве электромобилей, строительстве, повышения общей энергоэффективности Евросоюза и прочим обещанным бонусам Green Deal, в Брюсселе обещают дополнительных 2% роста ВВП всего ЕС к 2050 году.
На реализацию Green Deal в Евросоюзе в ближайшие 10 лет собираются выделить от 1 триллиона евро, половину из которых – непосредственно из бюджета ЕС. Впрочем, этой цифры, согласно большинству экспертных оценок, едва ли будет достаточно. А до 2050 года понадобится в разы больше – до 11 триллионов евро, согласно оценкам ECIPE.
Большой переход
Примечательно, что даже если Евросоюзу удастся выполнить все намеченные задачи и стать климатически нейтральным к 2050 году, на экологию всей планеты это не окажет такого уж значительного эффекта. В общем объеме выбросов парниковых газов доля ЕС составляет лишь 8%. Для сравнения – доля Китая составляет 28%, США – 14,5%.
Впрочем, Евросоюз производит около 15% всего мирового ВВП, имея тесные торгово-экономические связи фактически со всей остальной планетой. И чтобы их не разорвать, другим странам придется так или иначе учитывать реалии и последствия Green Deal, даже если их собственные власти и граждане пока не особо озабочены климатическими проблемами.
Согласно исследованию Европейского совета по международным отношениям (ECFR), "зеленый" переход Евросоюза может иметь неожиданных бенефициаров за пределами ЕС. Дело в том, что изменения в энергетическом балансе ЕС будут происходить постепенно.
Прежде всего там хотят резко сократить использование угля как наиболее экологически вредного энергоресурса, уже к 2030 году. Тогда как нефть и особенно природный газ будут вытесняться возобновляемыми источниками энергии уже позже, к 2050-му.
По усредненному сценарию Еврокомиссии, к 2030 году закупки угля Евросоюзом сократятся до 77%, тогда как нефти – до 25%, а газа – до 19%. В 2030-2050 годах потребление нефти и газа будет сокращаться интенсивнее, но даже в 2050 году газ будет составлять одну десятую энергобаланса ЕС.
"В плане 2030 года основной поставщик энергии в Европе, Россия, может даже получить выгоду от Green Deal, поскольку переход с угля на газ необходим для быстрого сокращения выбросов в энергетическом секторе ЕС. Роль природного газа в качестве переходного топлива в ЕС, вероятно, будет означать увеличение импорта", – говорится в материале ECFR.
В этом плане завершение газопровода "Северный поток-2", безусловно, играет России на руку. Впрочем, и от украинской ГТС при таком сценарии, вероятно, РФ не сможет сразу отказаться, по крайней мере, в ближайшие несколько лет. Примечательно, что сама Россия при этом вопросами климата предсказуемо не озабочена.
"Климатическая, экологическая доктрина страны и даже ратификация Парижского соглашения похожи скорее на международные пиар-акции. Российские внутренние климатические документы – рамочные, декларативные и противоречат многим другим", – отмечает Московский центр Карнеги.
В отличии от РФ, Китай себя сейчас позиционирует едва ли не главным мировым борцом за климатическую нейтральность. При том, что страна всегда руководствовалась принципом экономического роста любой ценой. В Китае 3000 угольных предприятий, больше чем в ЕС, США, России, Японии и Индии вместе взятых.
На руку китайцам пошел стабильно растущий спрос на солнечные панели, лидером в производстве которых является Пекин. В перспективе Европа может попасть в зависимость от китайских поставок редкоземельных материалов, необходимых для производства батарей и дальнейшей электрификации – важнейшего элемента всего Green Deal.
Официальный Пекин тоже провозгласил курс на декарбонизацию, правда, весьма хитрым способом. Китайцы обещают добиться нейтральности к 2060 году, достигнув пиковых значений выбросов парниковых газов до 2030-го.
В сухом остатке, это означает, что в ближайшие несколько лет особой "зеленой" нагрузки китайская экономика, в отличие от европейской, не испытает. Это позволит Китаю сравнительно успешнее справиться с последствиями пандемии, продолжая "планово" наращивать привычное потребление угля и укрепляя свои конкурентные преимущества в глобальном масштабе.
Впрочем, угрозы для китайской экономики со стороны Green Deal также существенны. Речь об одном из ключевых июльских предложений Еврокомиссии – введении пограничного углеродного налога на импорт товаров в ЕС. Им будут облагаться товары, произведенные в разрез с требованиями Green Deal.
У налога есть две ключевые цели: защитить внутриевропейских производителей, которым придется повышать себестоимость своих товаров в связи с "зеленым" переходом, от экспортеров, которые будут лишены таких обязательств.
Кроме того, это позволит избежать планомерного переноса экологически вредных производств за пределы Евросоюза. Ведь если позволить беспошлинно ввозить готовую продукцию таких предприятий в ЕС, общепланетарных итог всех усилий в рамках Green Deal попросту окажется нулевым.
Механизм действия нового налога еще разрабатывается. Переходной период планируется начать в 2023 году – с этого времени экспортеры будут вынуждены отчитываться об углеродном следе, который оставила их продукция. Проще говоря, о том, сколько парниковых газов было выброшено в атмосферу в процессе производства. А с 2026 года с них уже начнут непосредственно взымать налоговые выплаты.
Предполагается, что на первом этапе налог коснется только алюминия, стали, цемента, удобрений и электроэнергии, но с перспективой расширения на другие группы товаров. "Ожидайте, что интенсивная лоббистская кампания Китая в штаб-квартире ЕС и в ключевых государствах-членах ЕС еще больше ослабит это предложение (о введении налога, – ред.) и, по возможности, полностью его устранит", – пишет издание Nikkei.
Углеродный налог пока мало вяжется с правилами Всемирной торговой организации и наверняка вызовет целую волну ответных мер в отношении европейского экспорта и затяжные торговые войны. А в перспективе, отмечает ECIPE, переформатирует мировую торговлю в сторону ее уменьшения – то есть страны будут меньше торговать между собой, делая упор на национальные рынки.
Введение углеродного налога непосредственно ударит и по Украине, поскольку Евросоюз является главным покупателем украинских товаров, в 2020 году на ЕС пришлось 37,8% всего украинского экспорта. Причем речь идет прежде всего о товарах с большим углеродным следом: металлах, продукции химической промышленности и сельского хозяйства.
При этом Украина провозгласила даже более амбициозный "зеленый курс", чем Евросоюз. Согласно постановлению Кабмина от 30 июля, к 2030 году Украина должна сократить выбросы парниковых газов на 65% в сравнении с 1990 годом. По словам премьер-министра Дениса Шмыгаля, для этого понадобится 102 млрд евро капитальных инвестиций.
При этом различные бизнес-ассоциации неоднократно нарекали на то, что власть не хочет идти им навстречу в вопросах экологической модернизации, хотя и оценивали нужные затраты несколько скромнее, чем правительство. К примеру, в открытом письме к правительству от Украинской ассоциации бизнеса и торговли (UBTA) говорится о том, что 64% снижения выбросов можно достичь при инвестициях в 50 млрд евро до 2030 года. Но рассчитывать на то, что "зеленый" переход Украины профинансируют западные партнеры, едва ли приходится – Евросоюзу денег явно не хватит и для самого себя.