Штурм и протесты возле здания Святошинского РОВД Киева неуместно сравнивать со штурмом милиции в пос. Врадиевка (Николаевская обл.) по целому ряду причин. Такое мнение высказал обозреватель информационно-аналитического портала Inpress.ua Игорь Лесев.
«Тренд последних дней - призывы к разгону правоохранительных органов с обязательным штурмом райотделов милиции - докатился и до столицы. Правда, с «врадиевским штурмом» аналогии в данном случае проводить совершенно неуместно по целому ряду причин», - отметил обозреватель.
Во-первых, отметил он, во Врадиевке изнасиловали и попытались убить женщину, в то время как в Киеве, якобы, ударили девушку при весьма неоднозначной ситуации.
Во-вторых, пишет Лесев, «даже если согласиться с тезисом, что «украинские менты - кАзлы», а «рыночные торговцы - хорошие люди», существует один юридический казус - «кАзлы» пытались разогнать «хороших людей», которые вели несанкционированную торговлю».
«Это вовсе не оправдывает негодяя в милицейской форме, который ударил девушку. Однако надо отделять «мух от котлет». Требования (морально законные) наказать конкретного милиционера и обобщенные требования торговцев рынка «Шлях» находятся в принципиально разных плоскостях», - отметил обозреватель.
В-третьих, по мнению автора, «во Врадиевке штурм райотдела осуществлялся силами граждан района независимо от их политических, языковых, религиозных и прочих ориентаций. Иными словами, во Врадиевке произошел стихийный народный бунт».
Лесев уверен, что «святошинский штурм» превратился в сугубо конъюнктурную политическую акцию, где на первый план вышел не столько факт нанесения милиционером телесного повреждения девушке, сколько «языковая тема». «Милиционер, со слов пострадавшей девушки (кстати, уроженки Волыни, что в свете раздутого языкового вопроса имеет определенное значение), нанес ей удар после того, как она сделала ему замечание, что тот говорит не на государственном языке. А ведь ситуация морально скользкая и со стороны пострадавшей девушки и чем-то напоминает случай с одесским гаишником и его нетленкой о «телячей мове»», - написал Лесев.
Гаишника, говорится в статье, тогда уволили, но мало кто обратил внимания, что водитель остановленного автомобиля первым начал разговаривать на русском языке.
«Но самое главное - суть конфликта и на рынке «Шлях», и на указанном видео не в том, на каком языке милиционеры разговаривают, а в том, что вероятные правонарушители переносят акценты конфликта в принципиально другую плоскость. Это все равно, что школьный учитель спросит ученика, почему тот не выучил урок, а ученик в ответ пойдет жаловаться родителям и директору, что учитель с ним разговаривает не тем тоном», - резюмировал Лесев.