"Это праздник, мы возвращаем наших". Как жители Олешек вырвались из оккупации и голода

Катастрофа

Ситуация в оккупированных Олешках – городе на левом берегу Херсонской области, стала быстро ухудшаться в начале 2026 года. Уже к тому моменту стало понятно, что завезти продукты и медикаменты в город стало тяжело – россияне заминировали дороги, ведущие в населенный пункт и все время били по ним дронами.

Уже в конце января местные жители стали жаловаться на то, что полки в магазинах пустеют и им приходится растягивать свои запасы еды на неопределенное время. 25 февраля глава Олешковской МВА Татьяна Гасаненко заявила, что поставки продуктов практически прекратились.

"За весь этот период, с середины января по сегодняшний день, мне известно только об одной доставке продуктов в Олешки", – сказала Гасаненко в комментарии журналистам.

С весны в Олешках фактически начинается голод. Людей доставляют в больницы со слабостью от недоедания. Все надеются на лето и собственные огороды, но существует еще одна проблема – россияне охотятся на местных с помощью дронов. Осенью обстановка ухудшилась.

"Когда пришла осень, фактически все продукты закончились, люди начали очень быстро терять вес, потому что они уже были на грани голода последние полгода. Я получаю сообщение, что я потерял 10 кг, я потерял 15 кг. Люди очень быстро теряют вес, это катастрофически опасно для здоровья", – рассказывала Гасаненко в комментарии РБК-Украина.

До полномасштабного вторжения в Олешках проживало около 25 тысяч человек. К моменту того, когда в городе началась гуманитарная катастрофа, там оставалось приблизительно шесть тысяч человек, включая детей.

Чтобы хоть как-то помочь, Силы обороны стали сбрасывать местным еду с дронов. Но оккупанты часто стреляли в БПЛА и подрывали автомобили с продуктами, которые пытались зайти в город обходными дорогами. Люди шли к подбитым авто и забирали полусгоревшие продукты, рискуя подорваться на минах.

"В Олешках нельзя не только достойно жить, нельзя достойно умереть. Потому что похоронить некому, тела лежат прямо посреди улицы. Бывает такое, что в окрестных селах, чтобы не видеть поругание, как тело гниет, как в нем просто черви, люди прикрывают тело тканью, придавливают камнем, потому что возможности как-то похоронить нет", – рассказывала Гасаненко.

Морг разбомбили задолго до зимы, поэтому тела свозили в больницу. Из-за фактического отсутствия электричества условий для хранения тел погибших не было, поэтому очень скоро медучреждение превратилось в место, которое обходили стороной. Из-за запаха в нем невозможно было находиться.

Последняя целенаправленная доставка продуктов в Олешки была 26 мая. С тех пор люди пытались выжить на собственных запасах. В это же время военные думали о том, как доставить людям продовольствие.

27 сентября Херсонская ОВА сообщила, что Силы обороны переправили через Днепр около четырех тонн продуктов, доставив его сразу в 100 определенных точек Олешек. В операции участвовали морская пехота, подразделения Нацгвардии, пограничники и другие военные.

4 октября Нацгвардейцы доставили еще почти четыре тонны гуманитарной помощи – около 400 посылок с едой, медикаментами и детскими наборами. В операции участвовали 11-я бригада НГУ имени Михаила Грушевского, 34-й Херсонский полк НГУ, морские пехотинцы и пограничники.

Из-за критической ситуации люди неоднократно пытались выйти из Олешек самостоятельно. За полгода из города пешком вышли десятки человек – они уходили в сторону Раденска и других населенных пунктов, где еще была еда. Но каждый подобный выход – это огромный риск.

"Российская армия максимально блокирует выход из этой территории. К сожалению, кого мы опрашивали, многие рассказывали, что те граждане, которые пытались вырваться, они просто погибли, взорвавшись на российских минах, автомаршруты давно заминированы, но даже пешеходные маршруты были тоже заминированы российской армией" – рассказал Дмитрий Лубинец в комментарии РБК-Украина.

Обе операции дали возможность людям немного выдохнуть, но гуманитарная катастрофа, возникшая в Олешках, не могла разрешиться точечными поставками продуктов. Необходимо было волевое решение, прежде всего, со стороны россиян.

Переговоры и подготовка к эвакуации

Переговоры об эвакуации жителей оккупированных Олешек начались еще весной 2026 года, когда город уже оказался на грани гуманитарной катастрофы. По словам уполномоченного Верховной Рады по правам человека Дмитрия Лубинца, первую информацию о критической ситуации он получил в конце февраля.

Уже 5 марта омбудсмен официально обратился в Международный комитет Красного Креста с просьбой проверить сообщения о голоде и обеспечить доставку гуманитарной помощи. Параллельно он инициировал переговоры с российской стороной об эвакуации гражданского населения, в том числе детей.

Однако быстрых результатов эти обращения не принесли. Как утверждал Лубинец, в течение последующих месяцев украинская сторона регулярно направляла россиянам официальные письма и продолжала переговоры.

Осенью вопрос эвакуации Олешек получил международную огласку. В сентябре Всеукраинский совет церквей и религиозных организаций обратился к Папе Римскому Льву XIV, ООН и международным гуманитарным организациям с просьбой содействовать спасению гражданских.

К привлечению внимания к ситуации подключились также европейские политики и правозащитники. В начале октября вопрос Олешек подняли и на площадке ОБСЕ. Однако договоренности о безопасном гуманитарном коридоре на тот момент все еще не было.

В середине октября к дипломатическим усилиям лично подключился Папа Римский Лев XIV. 16 октября он провел телефонный разговор с Владимиром Путиным, во время которого поднял вопрос временного прекращения боевых действий для доставки продуктов, медикаментов и добровольной эвакуации жителей Олешек.

Спустя три дня, 19 октября, понтифик обсудил ту же проблему с Владимиром Зеленским. В тот же день Лубинец сообщил о существенном прогрессе в переговорах с российской стороной.

Решающая стадия переговоров прошла при посредничестве первой леди США Мелании Трамп. По словам Лубинца, представители Украины и России в течение нескольких часов согласовывали окончательный текст договоренности, технические детали и механизм проведения гуманитарной миссии. Украинскую сторону представлял сам Лубинец, российскую — уполномоченная по правам человека Яна Лантратова.

23 октября Белый дом объявил о достижении договоренности о локальном прекращении огня в районе Олешек. Американская администрация назвала Меланию Трамп ключевым посредником переговоров, хотя ранее к дипломатическим усилиям подключился и Ватикан.

В итоге 27 октября в три часа ночи в районе Олешек вступил в силу режим прекращения огня, рассчитанный до конца суток 1 ноября. Стороны приступили к разминированию маршрутов, подготовке транспорта и согласованию списков людей, желающих выехать.

А уже 30 октября украинская и российская делегации прибыли в оккупированный город, где началась гуманитарная операция: жителям доставили продукты и медикаменты, а желающих эвакуироваться начали вывозить автобусами. Для тех, кто решил вернуться на подконтрольную Украине территорию, организовали маршрут через оккупированный Крым, Россию и Беларусь.

Встреча на границе

С тех пор как сам факт эвакуации был решен, жителей Олешек ждал непростой и довольно длинный путь. Сначала их всех "расформировывали" в самом населенном пункте – задавали вопросы, куда они хотят поехать – на подконтрольную Украине или России территорию.

Затем часть из них повезли в Краснодарский край, другую часть – в Крым. А оттуда – самолетом в Беларусь. Встречали их на границе стран. По периметру территории уже расставили палатки для оказания медицинской помощи. В других была еда и тепло.

"Наше задание – при необходимости предоставить медицинскую помощь тем, кто будет в ней нуждаться, осмотреть их, обеспечить медикаментами, соответствующей медпомощью и если нет угрозы жизни, отправить в медучреждения", – рассказал гендиректор Черниговской областной больницы Андрей Жиденко.

Врачей собралось немало и все они хотели встретить жителей Олешек как полагается.

"Это праздник, потому что мы возвращаем наших украинцев. Это очень важно, мой коллектив без вопросов… Поверьте, если бы была возможность, сюда бы приехало не 25 сотрудников, а 100-150. Это действительно праздник. Они там так настрадались. 21 век, это геноцид… Доводить людей до такого состояния, нет ни человечности, ничего святого", – добавил Жиденко.

В палатках греются родственники – они ждут своих родных, которых до этого десятки раз уговаривали уехать из Олешек. Молодая девушка Дарья рассказывает, что папу было бесполезно переубеждать – он всегда ко всему готов.

"Нам повезло, что у нас есть огород и папа все лето пашет, все будет делать, к нему друзья приходят, спрашивают, чего он скачет, а он им – а я посмотрю на вас зимой, вы ничего не делаете, а я все лето пахал. Понятно, что той еды, которую он хочет, не будет, но базовые продукты у него были. Он все сам. Он очень у нас… Как мама говорит, у него золотые руки", – отмечает Дарья.

Ирина сама уехала из Олешек в апреле 2022 года. Там остался ее крестный. Пока она говорит, ее маленькая дочь просится на руки и пытается надеть на себя микрофоны-петлички, которые на девушку одели журналисты.

"Проблема с едой началась еще полтора года назад. Именно блокада началась… С октября прошлого года. В декабре уже точно ничего не завозили. Может какие-то одиночные машины могли заехать, но для такого количества людей это ничто. Люди организовывались и пытались помочь. Это именно выживание – день прожили и слава богу" – отмечает Ирина.

Она пытается вспомнить, каково было в Олешках и рассказывает про мины. Они стали основной преградой для местных жителей, когда те пытались добыть себе пищу последние месяцы.

"Мины были разбросаны, они были разного характера, были те, которые реагировали на металл, на людей, на движение, срабатывали и людям секло ноги. Я говорила один раз по телефону и слышу сильный врзыв, а через пару дней прочитала, что там погиб человек", – добавляет Ирина.

Омбудсмен Дмитрий Лубинец собрал вокруг себя десятки журналистов и не успевает отвечать на все вопросы. Он дипломатично отмечает, что в какие-то моменты было тяжело договориться с россиянами.

"Этот опыт может стать основой нового механизма реагирования на самые сложные гуманитарные кризисы – механизма, в центре которого всегда будут стоять люди, их безопасность и право на жизнь", – подчеркнул он.

Первыми приехали животные, которых эвакуировали из Олешек, а с ними – их хозяева.

"Мы втроем выезжали – муж мой, брат, у брата шарпей, у меня такса, на руках держали постоянно. Идем кушать – в первую очередь кормим их, потом сами. Если не доедаем, опять же свое отдаем им", – рассказывает одна из жительниц Олешек.

Затем один за одним на территорию стали выезжать автобусы. Из них выходили люди – усталые, но почти все – улыбающиеся. Их встречали плотным коридором и поднятыми вверх желто-голубыми флагами.

Одного мужчину окружили люди, он говорит по телефону и до нас доносятся его: "Мам, перестань, я хорошо". Его обнимает другой мужчина, он хлопает его по груди и говорит журналистам: "Мой! АТОшник, четыре года прятался".

Людей встречают родственники. Дарья видит своего папу, идет в толпу и выхватывает его оттуда, он оборачивается на нее. Пока они обнимаются, девушка быстро вытирает рукавом слезы.

С автобуса спустили старика, он на инвалидной коляске. Пожилой мужчина уже плохо слышит и не может ответить на все вопросы, поэтому несколько раз декламирует молитву, которую читал, пока выживал в Олешках.

Олешковцы не очень хотят говорить о том, что было в городе – им проще говорить, что они чувствуют сейчас. Такое большое количество людей смущает большинство, но это смущение не выглядит для них дискомфортно. Скорее радостно и немного неловко.

Журналисты еще несколько раз подходят к Лубинцу. Перед отъездом с точки встречи он дает свой последний в этот день комментарий.

"Теперь позади – опасность, страх и неопределенность. Впереди – возможность наконец выдохнуть, оправиться от пережитого и постепенно возвращаться к жизни без постоянного страха за собственную безопасность", – подчеркнул Лубинец.