Ситуация с энергетикой в Киеве самая сложная за годы войны. Из-за обстрелов и морозов киевляне местами по несколько дней сидят без света, а сети фиксируют тысячи аварий. Почему в Киеве ввели аварийные отключения и что делать, когда дома нет света РБК-Украина расспросило генерального директора Yasno Сергея Коваленко.
Главное о ситуации в Киеве:
Фото: заявку на отсутствие света в доме должен создать электрик (инфографика РБК-Украина)
– Какоя ситуация с экстренными отключениями и можно ли ожидать в случае, если не будет обстрелов, что ситуация в ближайшее время улучшится?
– У нас одновременно две большие проблемы. Первое, это генерационные ограничения. Это означает, что на территории страны мы хотим потреблять электроэнергии больше, чем можем выработать.
Эта ситуация не новая. Она периодически меняется из-за погодных условий, из-за возможностей генерации. С каждым градусом минуса, ситуация с потреблением меняется. Чем холоднее, тем потребление больше. Это первая причина отключений.
Вторая причина отключений – это так называемые сетевые ограничения. Они могут возникать на разных уровнях: на уровне государства, области, города. Что это означает? Если очень максимально упрощать – это означает, что невозможно вообще передать электроэнергию из точки А в точку Б. Или возможно, но не в достаточном количестве.
Если мы говорим, сейчас самая сложная ситуация в Киеве, то у нас одновременно микс этих двух ограничений. С одной стороны, в стране недостаточно электроэнергии, чтобы дать Киеву на 100%. С другой – у нас существенно повреждены сетевые объекты, и мы не можем передать на Киев столько, сколько нужно.
Также у нас есть сетевые ограничения в самом городе. До предпоследнего обстрела, у нас была разная ситуация на левом берегу и правом. Потом был еще один обстрел и ситуация ухудшилась по всем районам города и сейчас мы имеем микс – ограничение генерационное и по распределительным сетям.
Фото: микс всех проблем приводит нас к так называемым экстренным отключениям (инфографика РБК-Украина)
Сети вынуждены создавать новые схемы подключения, новое присоединение. Они по-другому конструируют сеть. Во-первых, на это нужно время. Во-вторых, новая система сделана "на ходу", и она не предназначена для той мощности, которую мы хотим передать. И вот микс всех проблем приводит нас к так называемым экстренным отключениям.
У нас ситуация в Киеве такая, что я не помню такого за все годы войны. В целом сети пытаются балансировать так, чтобы был свет где-то 3 часа, а потом 9-12 - отключение. И потом снова оно есть. Но это в среднем получается. Иногда оно получается, иногда оно не получается. Я здесь не буду подбирать слов, потому что с точки зрения нормальной жизни, это сюрреализм вообще, в котором мы сейчас живем.
Есть еще одна большая составляющая, о которой я должен сказать, – мороз. У нас большая перегрузка системы, радикально растет количество аварий. Количество аварий, безумное. Мороз ко всем отключениям присоединился, и все это в совокупности дает достаточно тяжелую ситуацию.
Фото: надо продержаться до улучшения погоды (инфографика РБК-Украина)
Я не знаю, возможно ли какое-то быстрое улучшение. Конечно, если мы говорим о неделях, месяцах, годе – конечно, улучшение точно будет, без обстрелов, это безусловно.
Если мы говорим о неделях, я не уверен, что можно ожидать каких-то существенных улучшений.
В некоторых случаях надо долгое время на восстановление, некоторые объекты вообще восстановлению не подлежат.
С другой стороны, у нас сейчас -17. В течение ближайших 10 дней еще мороз держится. Но мы понимаем, что мороз не может держаться 2 месяца.
Мы считаем, что надо продержаться недели, пока погода немного улучшится.
Я бы не использовал в ближайшие дни, недели слово "улучшение". Я честно скажу, потому что когда у тебя даже в среднем 3 часа есть свет, а 10 нет – это ужасные условия. Но уж как есть, надо с этим как-то быть.
– Вы говорили, что ситуация ровно ухудшилась после последнего обстрела, что на правом, что на левом берегу. А где все-таки сейчас сложнее ее стабилизировать?
– Нет такого ответа, так нельзя сказать. Поврежденные объекты между собой все связаны. Сейчас мне трудно спрогнозировать, потому что я не владею информацией по срокам восстановления тех или иных объектов. Ждем восстановления.
Энергетики в первую очередь заинтересованы в том, чтобы свет у всех был, потому что это их работа основная. Надо поблагодарить людей, которые работают в полях. Бригады работают 24 на 7. И на самом деле работать по 12-16 часов на морозе, на ветру, это тяжелый труд.
Спасибо нашим коллегам. Мне кажется, важно поддержать их, потому что они, по сути, держат город в своих руках, чтобы он как-то функционировал.
– Вчера президент сказал, что юридически будет введена чрезвычайная ситуация в энергетике. Как это будет на практике?
– Давайте я попробую прокомментировать то, как я понимаю эту историю, не с политической стороны, потому что это не наше дело. Наше дело – делать коммуникации, делать, чтобы свет был, или разъяснять.
На мой взгляд, надо обратить внимание больше, на то, что сделали штаб, который будет работать в достаточно большом составе участников. Он будет координировать работу всех, и, на мой взгляд, это важно.
Мы все понимаем, что в сложных системах, а энергосистема – это очень сложная система, главный вызов – это синхронизация. И мне кажется, что любые шаги улучшения коммуникации между различными частями – это хороший шаг.
Только вчера ночью заявили об этой истории. Сегодня состоялось первое заседание штаба. Я ожидаю от этого позитива. Не изменений, а больше координации работы. Потому что у нас главный вызов – это скорость.
Быстрое принятие правильных решений поможет сделать ситуацию лучше. Вот я персонально ожидаю от штаба, координации и быстрого принятия решений.
– В Киеве некоторые ритейлеры заявили о сложностях. Они не говорили, что они полностью закрывают супермаркеты, но сложности есть. Скажите, эта ситуация происходит из-за недостаточной подготовки или просто условия настолько плохие, что реально к ним подготовиться было бы невозможно?
– Конечно, мимо меня не прошли все новости, такая история. Я могу здесь сказать, пожалуй, слова поддержки бизнесу. Большинство сетей (супермаркетов, - ред.) – наши клиенты. Они с нами советовались еще не этой осенью, не этим летом. Это было еще в 22-м году.
Фото: Сергей Коваленко (скрин видео)
Мне кажется, что украинский бизнес, буду говорить о своих клиентах, а мы – крупнейший поставщик в Украине среди бизнес-клиентов, подготовился на максимальном уровне. Потому что давайте будем честными, если бы бизнес не подготовился, и свет был у них случайно каких-то три часа в сутки, то мы бы с вами не смогли получить услуги или купить продукты.
Да, сейчас есть трудности, но мы можем купить продукты, мы можем купить воду, мы записываемся на какие-то процедуры. У нас работают даже развлекательные заведения.
Конечно, есть локальные аварии. После того, как эти новости появились, я поговорил с клиентами. Они говорят что все нормально, бывает сгорел генератор. Ну, бывает. Минусовая температура, какое-то не то топливо, что-то не так пошло, парафином все забило, надо фильтра заменить. Это нормальный операционный процесс.
Поэтому, мне кажется, что обеспечивать жизнь от 3 до 5 миллионного, по разным оценкам, города – это большое дело. Все магазины, насколько я знаю, работают. Максимально, что можно было сделать, бизнесы подготовились.
– Вы еще говорили о локальных авариях. Мы действительно также видим, что они происходят и в домах также. Это вполне понятно, однако их очень много. И иногда коммуникация не очень понятна. Где-то ЖЭК перекладывает ответственность на ДТЭК, ДТЭК на ОСМД. Что вы посоветуете делать в таких случаях?
– Смотрит. Все участники процесса хотят, чтобы было красиво. ЖЭК, сети, поставщик, в первую очередь, жители конкретного дома и другие. Все хотят хорошего, но надо коммуникацию предоставить. Что происходит? Сейчас где-то 80 тысяч звонков приходит. Люди идут с жалобами на отсутствие света. Каждый звонок попадает в базу и с ним что-то надо сделать.
В мирное время по Киеву работает 12 аварийных бригад. Сейчас их работает 60. Мы понимаем, что технически невозможно понять и обработать все заявки, получается так, что где-то 60-70% заявок – это не тот случай, за которым ехали.
Есть правильный алгоритм. Он выглядит так:
Когда вы сделаете заявку, вы сформулируете так: "люди добрые, такой-то адрес, нет тридцать дней света, в соседнем доме все горит". Вот типичная заявка, 99,9%. Если же после осмотра электрик будет делать заявку, он сделает ее достаточно профессионально. Такой-то адрес, такие-то отключения, света нет, такая-то фаза, такие-то подключения, вижу проблему там.
Электрик, или ЖЭК, или ОСМД должны сделать заявку на сеть. Эта заявка попадет в приоритет, потому что пришло от электрика. И она понятна, ее сети быстро могут обработать.
– И еще вопрос относительно автономных генераторов. Недавно премьер Юлия Свириденко сказала, отдельные дома подключат к автономным генераторам. Действительно ли это решение, можно ли таким образом запитывать отдельные кварталы?
– Мне трудно оценивать заявление, потому что я не знаю деталей, а детали мне очень важны. Смотрите, в доме есть несколько уязвимых зон, на которые можно подключать различные генераторы. Первое, есть насосы, у многих многоэтажек есть насосы, которые качают тепло наверх. И когда света нет – до третьего этажа тепло доходит, а дальше - насос не работает и тепло не доходит до верхнего этажа.
Многие дома за свои средства ставили генераторы или батареи именно на эти насосы. То есть стоит генератор, он работает на насос. Оно свет в квартиры не дает, но тепло качает по всему дому.
Это первый тип, куда надо или можно ставить. Второй тип, о котором, скорее всего, вы говорите, это еще запитать квартиры в доме. То есть большим каким-то генератором, в зависимости от дома. Я знаю, что на дома ставили большие генераторы, чтобы и свет был у людей, и так далее. То есть это теоретически возможно.
Если вы говорите о микрорайонах, то теоретически они есть, видимо. Но это уже большие конструкции, генераторы. Я не думаю, что это может быть прямо массовая история. Если их сейчас нет физически, то привезти и поставить – это недели. Но если их надо изготавливать, то мы понимаем, что это длительное время.
Читайте также: