Эй Джей Джейкобс - журналист, старший редактор нью-йоркского Esquire и настоящий фанат экспериментов над собственными телом и разумом. Он уже прочел от корки до корки 32 тома Энциклопедии Британника, уезжал в Индию, оставив своих ассистентов в Нью-Йорке полностью вести все рабочие и домашние дела за него, прожил два месяца с включенной веб-камерой на голове. "Год, прожитый по-библейски" - еще один опыт Эй Джея.
Эй Джей Джейкобс - журналист, старший редактор нью-йоркского Esquire и настоящий фанат экспериментов над собственными телом и разумом. Он уже прочел от корки до корки 32 тома Энциклопедии Британника, уезжал в Индию, оставив своих ассистентов в Нью-Йорке полностью вести все рабочие и домашние дела за него, прожил два месяца с включенной веб-камерой на голове. "Год, прожитый по-библейски" - еще один опыт Эй Джея.
Следуя всем законам жанра научного эксперимента, автор подробно описывает методологию своего исследования. Он составляет список правил и наставлений, найденных в Библии (получается 72-страничный перечень), приводит ссылки на переводы Священной книги, которыми собирается пользоваться, обращается за советами к серьезным ученым-теологам и религиозным авторитетам. Первые восемь месяцев Эй Джей живет, следуя Ветхому Завету, а в оставшиеся четыре добавляет к соблюдаемым правилам еще и указания Нового.
Трудности, с которыми сталкивается автор, забавны и поразительны для светского читателя. Из-за запрета на смешение шерсти и льна Эй Джею, агностику, скептически и даже с некоторым предубеждением относившемуся к религии, приходится избавиться от половины своего гардероба. Нельзя брить бороду. Нельзя использовать бранных слов. Следует наказывать сына розгой за непослушание. Нужно побивать камнями нечестивцев. Но все это - цветочки по сравнению с моральными правилами, которым учит Библия. Закон требует невероятного эмоционального контроля каждую секунду жизни: не лгать, не злиться, не завидовать. Неудивительно, что после первого месяца эксперимента Эй Джей чувствует себя выжатым как лимон.
Упрямство и настойчивость Эй Джея в желании следовать Библии и узнать о ней больше заставляют его общаться с представителями самых разных религиозных течений: от амишей и самаритян до свидетелей Иеговы и нью-йоркских хасидов. Эти эпизоды книги вызывают неловкое, но вместе с тем очень успокаивающее чувство: не только в родных пенатах, но и в свободных и толерантных Соединенных Штатах религиозность пугает и отталкивает светских. Чтение Библии в метро вызывает в лучшем случае косые взгляды, а заявление о невозможности отправить e-mail в субботу заставляет собеседника подумать: "Ну совсем с катушек съехал..." Решимость Эй Джея в желании дойти до конца по этой непростой дороге вызывает уважение, и не только к автору, но и к людям, выбравшим для себя религию как образ жизни не на один календарный год.
Читать об эксперименте невероятно смешно и захватывающе. Наивность и открытость автора подкупают с первых строк. Это как "Код да Винчи" или любая другая книга, написанная талантливым и профессиональным журналистом, - вроде бы местами бред, но не оторваться. Главное, чтобы в конце не оставалось ощущения потерянного времени, что в случае с беллетристикой - далеко не частый случай.
Не нужно ждать от "Года..." поражающих воображение религиозных озарений - их там нет. Эта история очень напоминает фильмы Вуди Аллена: большая семья со сложными внутренними отношениями, маленький ребенок, интеллектуальный труд, Нью-Йорк, евреи, Бог и неврозы. В конечном счете эта книга - о симпатичном, талантливом и любопытном парне, искренне любящем свою работу, - и о его жене, по-настоящему героической женщине, стоически переносящей все причуды и странности отца ее детей. И немного о Библии.
Александра Авдеева