Расходы Украины на оборону выросли после начала войны на Востоке с 2,5% ВВП в 2013 году до более чем 5% ВВП в этом году - до 6 млрд долларов. Когда такие большие средства проходят через руки украинских чиновников и бизнесменов - а часто это одни и те же люди - неизбежно возникают условия для коррупции, пишет The New York Times.
Как сообщило Министерство обороны, в январе для нужд армии были закуплены и доставлены 100 новых военных автомобилей "скорой помощи", при этом ведомство умолчало, что часть машин уже сломалась, а куплены они были по военному контракту у компании "Богдан Моторс", владельцем которой является некий Олег Гладковский. Он также "по совместительству" является ответственным за закупки для украинской армии, пишет издание.
Фото: Петр Порошенко (president.gov.ua)
Кроме того указанный чиновник – давний друг и деловой партнер действующего президента Украины Петра Порошенко.
В свою очередь, Гладковський признал, что открытого публичного тендера на покупку "скорых" не было, пояснив, что такое решение якобы было принято с целью не допустить вмешательства России путем подачи заявок через фейковые компании, что не раз фиксировалось при впроведении публичных торгов.
Однако чиновник отрицает, что оказывал какое-либо влияние на итоги конкурса. Доказать это или опровергнуть не возможно.
"И действительно - никаких доказательств никто не найдет. Слияние политики и бизнеса - наша самая большая проблема", -прокомментировал изданию Виктор Чумак, заместитель председателя антикоррупционного комитета Верховной Рады.
В качестве наличия такого "тандема" в Украине The New York Times приводит тот факт, что на Южном побережье Испании есть недвижимость принадлежащая Олегу Гладковскому, Петру Порошенко и еще одному известному представителю деловых кругов украинского президента Игорю Кононенко. Причем ни один из объектов недвижимости не указан в налоговых декларациях.
Фото: Гладковский, Порошенко и Кононенко (коллаж РБК-Украина)
Такие "прорехи" в декларациях являются ярким примером наличия конфликта интересов у политики и бизнеса, что на сегодняшний день в Украине является практически синонимами.
По словам экс-министра экономики Айвараса Абромавичюса, такие конликты очень распространены и уже "давно никого не шокируют".
"Они повсюду. Это печально, подавляет и разочаровывает", - отметил Абромавичюс в комментарии изданию.
Такое разочарование уже дорого обошлось Украине. МВФ и Евросоюз, наблюдая, как в Украине затягивается создание давно обещанного независимого антикоррупционного суда, задерживают выплату помощи Украине на сумму более 5 млрд долларов.
Стоит однако отметить, что Украина добилась сдвигов в борьбе с коррупцией, по крайнем мере в газовом секторе, сократив закупку газа у российского "Газпрома", тем самым уменьшив зависимость энергетического сектора страны от Российской Федерации. Однако в оборонной отрасли, в которой большинство операций составляют государственную тайну, коррупция процветает.
Фото: Порошенко и министр обороны Степан Полторак осматривают новое вооружение (president.gov.ua)
По словам директора Национального антикоррупционного бюро Артема Сытника, большинство коррупционных "схем", задействованных в энергетике, вернулись и восстанавливаются в оборонной сфере.
"Украина десятилетиями была полностью погружена в коррупцию. Эти схемы теперь восстанавливаются и снова работают. Некоторые люди просто не хотят избавляться от них", - отметил он.
Сытник рассказал, что НАБУ собрало доказательства 107 случаев коррупции против лиц, ранее недоступных для правосудия из-за своего выского положения во властных структурах, но только один из них закончился приговором суда (речь идет о деле заместителя Минобороны Игоря Павловского). Остальные застряли в насквозь коррумпированной "карманной" судебной системе.
На ужасающий уровень коррупции в Украине указывал президенту Порошенко и госсекретарь США Рекс Тилелрсон во время встречи с главой украинского государства.
"Какой смысл для Украины бороться за свое тело на Донбассе, если она теряет свою душу за коррупцию", - отмечал Тиллерсон.
Не последнюю, а скорее одну из главных ролей во взращивании коррупционных схем в оборонном секторе Украины играет Государственный концерн "Укрборонпром", который состоит из 130 оборонных предприятий и насчитывает около 80 тыс. человек персонала.
Как рассказал The New York Times экс-сотрудник контрольного отдела концерна Дмитрий Максимов, прибыльность оборонного предприятия сохраняется именно благодаря "мутным" тендерным закупкам.
Он рассказал о том, как стоимость винтика, купленного "Укроборонпромом" для авиаремонтного завода во Львове, взлетела с 50 долларов в начале 2014 года до почти 4 тыс. долларов через год - после того как концерн тайно перевел свой бизнес на внешнего поставщика.
Маскимов также сообщил, что пытался поднять вопрос намеренного завышения цен перед руководством, однако ему "сказали не вмешиваться в этот вопрос", а потом уволили.
Наличие коррупции в госпредприятии, тем не менее, признает и заместитель директора концерна Денис Гурак, отмечая, что сам "Укроборонпром" направил в прокуратуру 200 сообщений о коррупции в своих рядах, но только по двум случаям были судебные разбирательства.
Почему же военные машины скорой помощи, проданные автокомпанией Гладковского, которые продолжают ломаться, покупают в первую очередь?
В прошлом году в отчете независимого оборонного комитета по борьбе с коррупцией сообщалось, что каждая машина от "Богдана" стоила Минобороны 32 тыс. долларов. Это больше, чем стоимость "скорых", произведенных в Китае. К тому же эти машины могут перевозить только 480 кг - слишком мало для транспортного средства, будет перевозить водителя, вооруженных охранников и медперсонал.
Ответы на эти вопросы стоит искать в правительственном квартале украинской столицы, резюмирует The New York Times.
Напомним, в начале февраля президент Украины подписал указ №26 от 12 февраля 2018 года "Об увольнении Р. Романова с должности генерального директора Государственного концерна "Укроборонпром".