Штурмы, бои и лисьи норы: Репортаж из Курдюмовки, где продолжаются бои с россиянами

Небольшой поселок Курдюмовка к югу от Бахмута, как и многие села Украины, в мирные времена вряд ли был широко известен. Название "Курдюмовский завод кислотоупорных изделий" ни о чем не говорило, однако кирпичом, который когда-то производил этот завод, вымощен Андреевский спуск в Киеве, Приморский бульвар в Одессе и бульвар имени Пушкина в Донецке. Его делали из уникальной глины, которая по своему составу не имела аналогов в странах СНГ.

Но Курдюмовка в широких кругах прославилась не этим. Сегодня село регулярно упоминается в ежедневных отчетах ВСУ. Российские оккупанты сначала уничтожили почти все, что было в поселке, а теперь взяли его в полукольцо. Украинские военные, среди которых подразделение "KURT and Company" 28 ОМБр, не собираются сдавать позиции, держат оборону на железной дороге и практически точечно уничтожают россиян.

Лисьи норы

Дорога к Курдюмовке лежит через Торецк и Константиновку. Открывающийся вид уже почти не вызывает удивления – почерневшая земля, обугленные остатки домов и деревьев, воронки от снарядов и запах пороха в воздухе. Чем ближе к линии фронта, тем он явственнее.

– Немедленно надеть шлемы! – кричит командир.

Мы слушаемся и прислушиваемся – звуки взрывов и "выходов", которые до этого были глухими и невнятными, становятся все более четкими, набираются будто округлой формы. Командира, скомандовавшего надеть шлемы, все зовут "Курт". Чтобы не цепенеть от свиста снарядов, мы спрашиваем его, как шли бои в Бахмуте.

– Мы приехали под Бахмут 1 декабря, заняли позиции в районе Курдюмовки. Три дня нашу группу обстреливали "грады", а затем на нас пошли "вагнера".

Курт признается, что имеет свое особое отношение к боевикам ЧВК "Вагнер". Сначала он почти ничего о них не знал из того, что должны знать военные. "Чем" они воюют и дышат, какая у них техника, маневры, опыт – военный изучал "вагнеров" на поле боя. А потом "разгадал".

– Мы с моим товарищем Макаром придумали технику огневого вала – стрелкового, РПГшного, минометного, артиллерийского. Всего. "Вагнера" постоянно пытались штурмовать мои позиции, ну а я не мог себе позволить не вступить с ними в бой. И там я их "любил".

Бойцы "Вагнера" так и не подошли к Курдюмовской дамбе, которую обороняли украинские войска. Оборона Курта, которого тогда назначили полевым командиром, продержалась там дольше всех, пока военных не взяли в кольцо.

Пока мы говорим, автомобиль с мобильной группой заезжает на полевую дорогу. Весь горизонт – одно огромное заснеженное поле. Это было бы даже красиво, если бы не чёрные разрезы от шин и россияне в километре. По дороге видим машину, застрявшую в сырой почве. Вытаскивать ее нужно быстро, потому что она может превратиться в цель.

Автомобиль останавливается на последней точке перед "нулем", из машины выходят Курт, его заместитель и пилот дрона. Они выгружают гранатомет Карла Густава и РПГ, быстро заряжают их и мы пересаживаемся в другую машину. План следующий – доехать до точки, отработать по оккупантам и сразу отойти, чтобы не прилетело в ответ. Небо сереет и начинает идти снег, но для бойцов это только преимущество – так врагу будет труднее отследить, откуда был удар. Курт берет на плечо РПГ, нацеливает его в небо и замирает.

– Выстрел!

Из дула вырывается снаряд, обрамленный огнем. Звук доходит через секунду и закладывает уши, а за ним еще громче – из гранатомета. И еще серия "выходов". Несколько секунд и голос по рации передает, что цели поражены. Курт довольно оборачивается на нас.

– Сейчас практикуется у противника тактика "лисьих нор". Если он зарылся, его оттуда уж очень трудно вытащить. Вот мы и разбираем эту позицию.

Мы быстро садимся в авто и едем в отдаленную посадку, где к автомобилю подсоединяют сзади нурсомет и Макар осторожно его заряжает. Затем снова выдвигаемся на позиции. Пилот дрона запускает коптер, чтобы определить, где спрятался враг. Бойцы понимают друг друга без слов, их работа быстрая и механическая. Боец отдает команду и ракетная установка начинает выплевывать из себя снаряды один за другим. Шипящий залп оставляет за собой облака серого дыма и уже знакомый запах. Серия выстрелов перехватывает дыхание и вызывает странное чувство, которое обычно не свойственно этим местам – восхищение.

– Курт, хорошо-хорошо! Хорошие подходы!

Позже на видео с коптера мы видим, как выпустившиеся сегодня по россиянам снаряды успешно поразили их позиции. Лисьи норы пустые.

В доме

Бойцы подразделения "KURT and Company" обустроились в небольшом доме. Когда Курт бывает здесь, он постоянно сидит за монитором и пьет горячий кофе. На экране – видео с дронов. Бойцы пересматривают, корректируют и анализируют свою работу. К себе в подраздел Курт приглашает добровольцев, потому что в этом деле ему нужна общая мотивация.

– Я лично проверяю каждого. Мы занимаемся всем, что нам дают для работы – от разведки до стрелковых боев. Самое большое подразделение – беспилотное, потому что это наши глаза, уши и корректировка. Затем следует ударная группа, АГСники, пулеметчики и гранатометчики. А есть мобильная полуштурмовая группа. Это такой раздражитель для россиян, потому что он постоянно "наваливает" им и заставляет вылезти с позиций.

Мы говорим с Куртом, а тем временем на кухне жарят чебуреки, которые бойцы сделали своими руками. Пока комнаты наполняются запахом жареного теста с мясом, идем к Мамонту. Пилот ударного дрона Мамонт также сидит напротив мониторов. Это молодой парень, постоянно пытающийся делать серьезное лицо, но его выдают глаза. Когда он рассказывает о том, как ликвидирует врага, не может сдержать улыбку.

– Как это работает? Это ведь не так, что мы поработали от рассвета до заката и уехали, а противник ночью делает что угодно. Нет. Вечером меня меняет группа ночных сбросов.

– То есть вы им даже отдышаться не даете?

– Нет, вообще. 24 на 7 наше подразделение работает по врагам.

Мастерская

Недалеко от фронта находится маленький дом – полностью заполненный снарядами и их начинкой. Парень, который работает с ними, когда мы заходим, осторожно протирает тубу от гранатомета чистой тряпкой. Его позывной "Вангог", видимо, потому, что он называет свою комнату ласково мастерской. Специфика Вангога – делать взрывчатый материал из всего, что прилетает от россиян. Он измельчает гранаты через мясорубку, разбирает снаряды от Смерчей и извлекает внутренности из трофейных ракет "Малютка".

– В нашей мастерской мы каждый день какие-то боеприпасы перерабатываем и используем какие-то их части, или полностью. Отходов у нас по-минимуму, что может лететь – летит, что может взорваться – взрывается.

У Вангога на прибитых к стенам полках и сетках висят десятки плоскогубцев, катушки клейких лент, ножи, банки и даже обычное кухонное сито. Он говорит с энтузиазмом изобретателя и почти с нежностью смотрит на свои изделия. Наверное, когда Курт говорил о всеобщей мотивации, он имел в виду именно это.

День, который мы провели с бойцами, назвали удачным. У россиян потери, а бойцы – живые. Курт говорит, что он и его ребята будут стоять в обороне столько, сколько нужно.

– Пусть украинцы знают о нашем маленьком подразделении. Украина существует, пока мы боремся. Мы будем выполнять те задачи, которые нужно и идти к победе. Мы обязательно до нее дойдем. Нам Богом дана возможность защищать Украину – это лицензия на убийство.

Над материалом также работала Юля Акимова