Экс-майор собирается подать в суд на руководство СБУ.
- Николай Иванович! Почему, по-вашему, до сих пор не раскрыто убийство Гонгадзе?
- Я утверждал и утверждаю: к нему были причастны высшие должностные лица Украины. Это первое.
Второе - ранее власть боялась легализовать записи по Гонгадзе, поскольку такое признание бумерангом ударило бы по ней самой, так как на основании записей пришлось бы возбуждать новые уголовные дела, десятки дел, и еще более серьезных, чем по Гонгадзе.
И третье. Ясно, что при Кучме убийство Георгия не могло быть раскрыто, потому что сам экс-президент блокировал расследование. А при Ющенко оно не могло быть доведено до конца, потому что Виктор Андреевич дал Кучме гарантии...
- Скажите, а куда делся жесткий диск, на который якобы сгружалась ваши записи, и вы его потом увезли, но впоследствии этот диск исчез?
- Запущено очень много дезинформации и о пленках, и о дисках, и о компьютерах. Не хочу я вдаваться в эту полемику. Скажу коротко: ничего никуда не исчезало. Все под моим контролем.
- Ну хорошо. А как насчет аудиофайла от 25 сентября 2000 года, где расшифрован разговор Кучмы и Кравченко - говорят, этот файл тоже пропал?
- Я такое не комментирую. Знаете, сколько ходит сфальсифицированных записей под Мельниченко? И чтобы не было фальсификаций в будущем, я зарегистрировал свои записи как бренд. Только так и можно защититься от подделок.
- А где вы их регистрировали?
- В США - в 2002 году и в Украине - в 2005-м. И теперь если кто-то попробует под предлогом записей Мельниченко распространить какой-нибудь бред, я смогу юридически этому противостоять...
Экс-майор также подробно рассказал «Сегодня» о своем уголовном деле. По его словам, оно было возбуждено еще в 2001 году тогдашним замгенпрокурора (а ныне - защитником Юрия Луценко) Алексеем Баганцом.
Затем возбуждалось еще дело, потом их тот же Баганец объединил. Мельниченко обвинялся по трем статьям УК образца 1960 года. По ст. 194, ч.1 - в подделке документов (наказание 1-2 года или исправработы, речь шла о том, что Николай, получая загранпаспорт, не указал, знаком ли он с гостайной, хотя, по утверждению Мельниченко, он к этой тайне вообще не имел отношения).
По ст. 166, ч.3 - в превышении власти и служебных полномочий с тяжкими последствиями (речь о записях в кабинете Кучмы, наказание - 5-12 лет). По статье 67, ч.2 - в разглашении гостайны с тяжкими последствиями (5-8 лет).
Затем в 2005 году ГПУ это объединенное дело закрыла. Однако 22 июня с. г. судья Печерского суда Родион Киреев (ныне судящий Юлию Тимошенко) возобновил дело по жалобе экс-президента Леонида Кучмы и по формальному основанию - Мельниченко за время следствия (до 4 марта 2005 года) не был ни разу допрошен следователями ГПУ.
Однако у Николая Ивановича на это есть ответ: на самом деле он был допрошен, только следователями ФБР в США, но по поручению коллег из ГПУ. То есть, считает Мельниченко, показания по своему делу он давал.
После возобновления дела Мельниченко обратился в ГПУ с просьбой сообщить, какой следователь будет вести следствие, в чем его обвиняют и пр. Однако в ГПУ ответили, что дела против Мельниченко у них нет, а ведет его СБУ.
Тогда 9 августа Мельниченко обратился к главе СБУ Валерию Хорошковскому с требованием в течение 10 дней сообщить ему упомянутые сведения, что является обязательным с точки зрения закона.
Ответа до сих пор нет, как и нет каких-то следственных или иных действий со стороны СБУ. Мельниченко заявил, что на днях будет обращаться в суд с просьбой привлечь руководство СБУ к ответственности за нарушение его прав как обвиняемого.
Также Николай подал в суд на постановление Баганца о самом возбуждении против Мельниченко дела, так как считает себя невиновным, и эту позицию, дескать, сегодня разделяют в ГПУ (то есть считают, что Мельниченко выполнял свой долг и, записывая разговоры в кабинете президента, действовал в условиях крайней необходимости).