Владимир Полевой: "О специальном органе цензуры речь не идет"

Заместитель руководителя информационно-аналитического центра Совета национальной безопасности и обороны Украины Владимир Полевой в интервью РБК-Украина рассказал, какие меры безопасности будут приниматься на выборах Верховной Рады, о ситуации с донецким аэропортом, идентификацией тел погибших в зоне АТО и пленными, а также о мерах в сфере информационной безопасности.

РБК-Украина: Несмотря на опасения многих, президентские выборы в мае прошли относительно спокойно, на избирательных участках не было серьезных провокаций. Сейчас предстоят выборы Верховной Рады. Как будет организована охрана избирательных участков в целом в Украине и в частности в приближенных к зоне АТО населенных пунктах?

Владимир Полевой: Меры безопасности на выборах, как и меры безопасности на любых массовых акциях, возлагаются на подразделения Министерства внутренних дел. Для обеспечения усиленного режима безопасности, учитывая вероятность, например, терактов, во время выборов на востоке Украины будут привлечены подразделения Национальной гвардии и контртеррористические силы, которые находятся в этом регионе.

Учитывая то количество сил, которое уже сосредоточено на Востоке, там, безусловно, будут усилены меры безопасности. В случае необходимости правоохранители будут применять спецсредства, например, переносные металлодетекторы. Будут работать кинологические службы.

Обеспечение безопасности выборов - приоритет №1 для сил АТО в конце октября.

РБК-Украина: Несмотря на объявленный режим прекращения огня, боевики все же продолжают обстрелы не только оккупированных, но и некоторых освобожденных территорий. Практически ежедневно гибнут украинские военные. При каких условиях украинская сторона может нарушить режим перемирия и рассматривается ли такая возможность?

Владимир Полевой: Теперь главной целью властей на востоке Украины является установление мира. Это основное положение мирного плана Президента Украины. Ради мира и сохранения самого ценного - жизни людей - и были подписаны документы в Минске. Их реализация - это задача номер один для всех силовых подразделений.

Однако это не означает, что силы АТО пассивно наблюдают за обстрелами и нападениями террористов. Такие действия получают адекватный ответ. Это означает, что силы АТО применяют необходимые и имеющиеся виды вооружения. За пределами населенных пунктов речь идет и о применении силами АТО артиллерии и тяжелого вооружения.

РБК-Украина: Боевики не прекращают попытки штурма донецкого аэропорта. В СМИ появлялась информация о возможном обмене этого стратегического объекта на оккупированные террористами территории, однако в СНБО опровергли возможность подобных переговоров. Как долго украинские военные смогут удерживать аэропорт при условии, если интенсивность попыток его штурма не уменьшится? И рассматривают ли в СНБО возможность подрыва взлетной полосы и вывод украинских военных, как это было с аэродромом в Луганске, в случае ухудшения ситуации?

Владимир Полевой: Сравнение с луганским аэропортом уместно по внешнему признаку: и там, и здесь есть аэропорт. Относительно различий: Луганский аэропорт наши подразделения оставляли в условиях массированного наступления с участием российских подразделений в августе-сентябре. Наступление происходило во многих участках фронта на востоке.

В частности, в это время происходили бои на Юге под Иловайском. Новая точка угрозы у нас возникла под Мариуполем. Учитывая тактическую опасность окружения, в этих условиях было принято решение об оставлении аэропорта. Подразделения получили соответствующий приказ и отошли организованно, а саму взлетно-посадочная полоса была подорвана.

Сейчас наши подразделения имеют все средства для того, чтобы удерживать донецкий аэропорт. Более детальные вопросы по тактике ведения антитеррористической операции относятся к компетенции штаба АТО, и именно он определяет военную составляющую операций на востоке Украины.

РБК-Украина: Согласно меморандуму, подписанному в Минске, между оккупированными террористами и контролируемыми украинской властью территориями должна быть создана 30-ти километровая буферная зона. Пока процесс создания этой зоны не начался. Однако все же, если украинская сторона отведет свои позиции на 15 километров, какие гарантии того, что террористы не займут их?

Владимир Полевой: В минском протоколе трехсторонней контактной группы говорится об отводе тяжелого вооружения калибром более 100 миллиметров на расстояние 15 километров от условной линии разграничения.

Прекращение огня, проведение линии разграничения, отвод тяжелой техники - это согласованный сторонами алгоритм. При этом речь не идет о том, что наши подразделения покидают эти территории. Непосредственно в 15-ти километровой зоне останутся наши силы и блокпосты, но тяжелое вооружение будет отведено.

Предусмотрена симметричность таких действий, то есть мы отводим артиллерию на 15 километров - это же делают и незаконные вооруженные формирования. А уж миссия наблюдательной группы - наблюдать за соблюдением достигнутых договоренностей.

РБК-Украина: Недавно в СМИ появилась информация о якобы связи членов миссии ОБСЕ на Донбассе с террористами. В частности, в сети появились фото, на которых видно, как боевики пользуются автомобилем миссии. Насколько можно доверять миссии ОБСЕ в зоне АТО и не исключает украинская сторона возможность определенного подыгрывания боевикам членами миссии при разграничении сторон и распределении территорий между боевиками и украинскими военными?

Владимир Полевой: Что касается, собственно, использования автомобиля ОБСЕ, сама наблюдательная мониторинговая миссия ОБСЕ дала оценку таким действиям, и признала действия миссии "нарушением собственных внутренних правил безопасности" - это цитата.

Мы не даем оценку миссии, мы ожидаем от миссии реальных результатов относительно прекращения огня и установления, прежде всего, контроля над украинско-российской границей. Уместно здесь напомнить, что именно от ОБСЕ Президент ожидает увеличения наблюдателей до 1500 человек.

РБК-Украина: Сколько тел украинских бойцов до сих пор остаются не идентифицированными и каково количество погибших по состоянию на сегодня?

Владимир Полевой: В средствах массовой информации есть цифры о более 500 телах, которые находятся на опознании в моргах Донецкой и Запорожской областей, регионов, прилегающих к зоне АТО.

Эта цифра требует объяснений: дело в том, что, во-первых, при Администрации Президента создан Координационный центр помощи пострадавшим в зоне АТО, который возглавляет Ольга Богомолец. Экспертиза тел возложена на экспертно-криминалистические службы Министерства внутренних дел и эта работа уже активно проводится.

И второе, идентификации ожидают тела как украинских военных, так и мирных жителей, а также участников незаконных вооруженных формирований, которые были убиты и остались на территории, подконтрольной украинской власти. Поэтому нельзя говорить о том, что все эти 500 человек - это тела наших воинов.

РБК-Украина: Сколько украинских бойцов АТО считаются без вести пропавшими и сколько до сих пор находятся в плену боевиков?

Владимир Полевой: Относительно того, сколько бойцов являются пропавшими без вести, я оперирую официальными цифрами и здесь есть различия, но я не хотел бы, чтобы по этому поводу были спекуляции. Пропавших без вести, по официальным данным, мы имеем 330 человек, пленных (среди военных) мы имеем 357 человек.

Что такое пропавшие без вести? Это военнослужащие, которые, например, не вернулись с задания и их непосредственный командир доложил об этом факте. Например, на территориях, которые захватили российские наемники или незаконные вооруженные формирования, все еще остались бойцы: они могут оказаться в плену, могут оказаться в больнице, некоторые из этих людей все еще возвращаются, переходят условную линию фронта, поэтому они относятся к категории пропавших без вести.

Действует приказ о том, что данные о пропавших без вести во время активных наступательных действий противника в секторах Б и Д в конце августа-начале сентября все еще являются закрытыми. Поэтому объективно это не все данные. Но те данные, которыми мы оперируем, это 330 пропавших без вести и 357 пленных.

РБК-Украина: В сентябре Министерство обороны начало передавать тяжелое вооружение добровольческим батальонам. Сколько батальонов уже получили такое вооружение и скольким еще планируется передать?

Владимир Полевой: Новая военная техника постоянно поступает на вооружение подразделений. Никто не делает разницы между так называемыми добровольческими и другими подразделениями, особенно в части Министерства обороны. Характер вооружения зависит от функций подразделения. Если его задача - обеспечение общественного порядка и задержания отдельных нарушителей - вооружать его танками и артиллерией нецелесообразно. Также есть и должна быть разница между вооружением штурмового батальона десанта и подразделением территориальной обороны, которое охраняет железнодорожный мост.

Наши оборонные предприятия работают в три смены, они постоянно выпускают новую продукцию для замены уничтоженной и просто новые образцы, которых раньше не было, это приоритет номер один. Конкретные цифры относятся к информации с ограниченным доступом. Оружие действительно есть, подразделения ее получают и в этом аспекте эффективность войска постоянно растет.

РБК-Украина: Недавно Вы заявили о необходимости "изменения правил игры в СМИ" в связи с активной антиукраинской пропагандой со стороны России. Каких именно тем мог бы касаться запрет и кто должен решать, что можно, а что не следует обнародовать в СМИ? Как это будет регулироваться? Какие возможны санкции?

Владимир Полевой: Это непростая тема, поэтому она и получила широкую огласку. Я говорю, прежде всего, об информации, которая касается безопасности.

Например, какую информацию можно распространять из зоны АТО? В том числе и журналистам, которые получили ее "от источников". Видимо, должны быть разумные ограничения в информации о наши подразделения, об их передвижения и, порой, о потерях.

Второе: мы фиксируем спланированные и скоординированные из-за границы, из России, акции, которые также влияют на эффективность действий наших подразделений. Речь идет о, например, панических слухах, или о настроениях среди населения, что приводит к блокированию движения наших колонн. Или когда родственники военнослужащих препятствуют выезду частей за пределы пункта их дислокации, когда это делают просто матери, учитывая информацию о том, что сыновей, вроде бы, "не вооруженными посылают на смерть".

Поверьте, мы фиксируем факты, когда это сделано организованно. Когда над созданием паники системно работают группы из-за рубежа, которые говорят о том, что "вот сколько людей уже убито", "солдаты не обеспечены", "нас предали" и все такое. Таким образом "самоорганизуется" пикет, который останавливает нашу воинскую часть на выезде из пункта дислокации, а в это время где-то на фронте происходят боевые действия и подразделения не получают помощи.

Именно поэтому, например, ставится вопрос "антиботовой терапии" в социальных сетях.

Относительно ответственности за распространение недостоверной информации. Речь идет не только о телевидении и радиовещании, что является компетенцией Национального совета по вопросам телевидения и радиовещания, речь идет о печатных изданиях и интернет-изданиях, которые по статусу не являются СМИ.

Этот вопрос требует широкой общественной дискуссии. Мы пока не выходили ни с одной инициативой, сейчас мы работаем в нормах существующего правового поля и, на самом деле, есть достаточно рычагов, просто надо заставить систему работать. И мы только "за", если медиа будут самоорганизовываться.

Если говорить о перспективе, то, видимо, рамки допустимости должны определяться с участием и структур гражданского общества, и журналистской среды. Информация сейчас - это ресурс, который есть везде, и мы его потребляем постоянно: по телевидению, в Интернете, когда листаем газеты, в метро... Человека нельзя ограничить в праве на информацию, но качество и определенные рамки в ее распространения должны быть установлены.

Речь идет не о специальном органе цензуры, а о совместном компромиссе в том, что для граждан Украины, для журналистов, для национальной безопасности как состояния защищенности интересов украинского общества, прежде всего, нужны определенные правила, которые мы все будем соблюдать. Уже после этого можно говорить, каким образом мы будем реализовывать механизм по соблюдению этих правил.

Пока не стоит говорить об определенных временных нововведениях. Если они будут, то это будет реализовываться в виде законопроектов, и эти законопроекты будут вынесены на обсуждение и проходить всю соответствующую процедуру.

СНБО начинает этот диалог и принимает в нем участие потому, что осознает важность проблемы в нашем медиапространстве. Это и однобокость при освещении событий, и, порой, чисто манипулятивные технологии: например, несоответствие видео и аудиоряда сюжета, что является манипуляцией, но не нарушает ни одной из правовых норм. Задача государства - контролировать эти вещи.

Беседовала Юлия Молочко

Актуально
Новости партнеров